— Давай просто попробуем ещё раз.
Катя задумалась. «Попробуем ещё раз?» Эти слова отозвались у неё каким-то странным эхом. Она слышала это раньше — в разных ситуациях, от разных людей. Но было ли это когда-нибудь правдой?
— Попробуем, — произнесла она тихо, но уверенности в голосе не было. Она всё ещё чувствовала себя запертой в своих эмоциях, как птица в клетке, которая знает, что есть выход, но боится его найти.
Мама Ильи подошла ближе, её шаги были мягкими, как будто она старалась не напугать Катю. На её лице отразилось что-то новое, что-то, что Катя раньше не замечала — было ли это сожаление? Или, возможно, она действительно понимала, насколько ей сложно?
— Знаешь, — начала свекровь, касаясь рукой края своей куртки, будто проверяя её на прочность. — Я, наверное, была не права. Мы слишком привыкли к тому, что ты всё терпишь. Мне это казалось нормальным. Но, видимо, для тебя это всё иначе…
Катя посмотрела на неё. Это было похоже на то, как человек впервые открывает занавеску и видит, что за окном совсем другая погода, чем он ожидал. Может быть, мама Ильи действительно не замечала раньше, как её постоянное присутствие давит?
— Понимаешь, Катя, — продолжила она, будто собираясь с духом. — Когда я впервые приехала к вам в гости, мне показалось, что это… нормально. Что ты не против. Но ты ведь не говорила об этом. Илья тоже молчал. А мы с братом как-то привыкли, что если нам не говорят «нет», значит можно. Наверное, это было слишком…
Катя вдохнула глубже, её руки непроизвольно сжались в кулаки. Она хотела сказать что-то резкое, упрекнуть её, поставить точку в этом разговоре, но слова застряли в горле. Впервые она увидела в свекрови не только настырную женщину, но и человека, который мог ошибаться и… извиняться? Неужели она действительно готова признать, что переступила границы?
— Мне… мне нужно подумать, — наконец сказала Катя, отводя взгляд.
— Конечно, — кивнула свекровь, на этот раз уже не улыбаясь, а глядя как-то мягче. — Я понимаю. Просто знай — я действительно не хотела усложнить вам жизнь. Может, стоит сделать так, чтобы мы с братом заранее предупреждали? И приезжали не так надолго?
Катя медленно кивнула. Эти слова были похожи на осторожное прикосновение к болевой точке — не совсем извинение, но достаточно, чтобы снять остроту ситуации.
— Ладно, мне нужно вернуться, — наконец сказала она. — А то Илья, наверное, уже с ума сходит.
— Конечно, конечно, — торопливо ответила свекровь, чуть отступив назад, как будто боялась нарушить тот хрупкий момент, который между ними возник.
Катя направилась домой. Ветер снова трепал её волосы, но теперь он казался уже не таким ледяным. В голове всё ещё крутился хаос, но был и слабый проблеск — может, не всё потеряно. Может, есть способ жить в этом мире с его родственниками, не теряя себя.
