— Командовать? — Ольга поднялась. — Командовать тут только вы умеете. И своим сыном тоже. И, к слову, не обкрутила я его, а любила. Но теперь — не знаю, кого он любит больше: меня или ваши котлеты.
Елена Михайловна вспыхнула, словно старый самовар.
— Да ты… да как ты смеешь?! Я тебе что, враг? Я тебе семью дала, крышу над головой, еду, поддержку! А ты…
— Поддержку?! — Ольга вышла вперёд, практически грудь в грудь. — Вы меня третируете каждый день! Всё не так, всё не то. Вы что, хотите, чтобы я с ума сошла? Или сама ушла?
— Да! — рявкнула Елена Михайловна. — Именно! Убирайся! Пока я добрая! Я уже договорилась с риэлтором, между прочим. Квартиру продавать будем. Я новую себе найду. А вы катитесь, куда хотите!
— Как?! — голос Ольги вздрогнул. — Дмитрий знает?
— Знает, — сухо сказала та, — и согласен.
— Да вы с ума сошли… — Ольга шагнула назад, но её трясло. — Согласен? Значит, он выбрал вас? А я? Я что, мебель?
— Ты гостья, — отчеканила свекровь. — И давно пора понять: не прижилась ты тут. Ничего страшного. Знаешь, сколько таких приходили? И уходили. А я — осталась. Потому что я — корень, а ты — листочек. Подует ветер — и улетишь.
— А вы — сорняк, — прошептала Ольга, и только тут поняла, что сказала это вслух.
Следующее произошло быстро: Елена Михайловна вскинула руку и толкнула Ольгу. Та ударилась о край кухонного стола, больно. Всё внутри сжалось. Ольга бросилась к ней — не чтобы ударить, а скорее — от отчаяния, от невозможности сдерживать больше ни одной эмоции. Они сцепились, как две дикие кошки. Скользящие руки, царапины, глухие звуки ударов по плечам, локтям, крики.
— Вы ненормальная! — Ольга кричала, как могла. — Вы… вы чудовище!
— А ты — дрянь! Разведёнка ты будешь, поняла? Да я таких, как ты, одной левой…
— Да вы просто злая и одинокая женщина! И своего сына вы вырастили таким же: ни о чём, безвольный тряпка!
В этот момент вбежал Дмитрий. Пижама, тапки на босу ногу, волосы — как у взорванного профессора.
— Вы что творите?! — закричал он. — Вы что, с ума посходили?
Ольга с трудом выпрямилась, утирая кровь с губы.
— Спроси у своей мамочки. У неё сегодня новая серия — «Как уничтожить свою невестку за 30 минут».
— Она на меня напала! — Елена Михайловна судорожно дышала, прижимая руку к груди. — Она хотела меня убить! А всё из-за того, что я сказала правду!
— Правда?! — Ольга развернулась к нему. — Дмитрий, ты знал про квартиру?
— Мама мне сказала… она просто подумала, что так будет лучше. Для всех.
— Для всех?! — закричала она. — Для кого «всех»? Для неё?! Для тебя?! А я кто?
— Ты… ну… я просто не хочу войны дома, Оля. Ты и мама — как две тигрицы. Я между вами. Мне тяжело!
— А мне?! Мне не тяжело?! — она шагнула к нему. — Я каждый день просыпаюсь с мыслью, как не попасть под горячую руку твоей мамочки! Я боюсь дышать, боюсь что-то сказать, боюсь неправильно приготовить макароны! И ты молчал? Всё это время — молчал?!
— Оля… — он протянул к ней руку.
