Сергей был сдержаннее. Осматривал стены, проверял краны, задавал вопросы про отопление. Но Катя заметила, как он задержался у окна, глядя на яблоню.
— Что думаешь? — спросила она, когда Лена отошла к телефону.
— Неплохо. Но… я всё равно не уверен.
Катя хотела ответить, но тут её телефон завибрировал. Сообщение от Тамары Николаевны: «Катя, нам надо поговорить. Приезжай ко мне. Одна».
Она показала сообщение Сергею. Он нахмурился.
— Не знаю, — Катя сжала телефон. — Но я поеду.
— Зачем? — в его голосе было раздражение. — Она только настроение тебе испортит.
— Нет, Серёжа, — Катя посмотрела ему в глаза. — Я хочу, чтобы она поняла: я не отступлю.
Квартира Тамары Николаевны была, как всегда, безупречной. Свекровь встретила Катю в дверях, одетая в элегантное платье, словно собиралась на приём, а не на разговор с невесткой.
— Проходи, — сказала она, указав на диван. — Чаю?
— Нет, спасибо, — Катя села, стараясь держаться спокойно.
Тамара Николаевна устроилась напротив, сложив руки на коленях.
— Катя, я хочу быть с тобой откровенной, — начала она. — Ты делаешь ошибку. Этот ваш план с новым домом — безумие. Вы утонете в долгах.
— Это наше решение, — ответила Катя. — Мы справимся.
Свекровь покачала головой.
— Ты не понимаешь. Сергей не потянет. Он уже сомневается, я знаю.
Катя почувствовала холодок по спине.
— Он мой сын, — Тамара Николаевна улыбнулась, но улыбка была холодной. — Я вижу, когда он не уверен. И я знаю, что он выберет семью. Настоящую семью.
— Я его семья, — отрезала Катя. — И Димка.
— Конечно, — свекровь кивнула. — Но ты ставишь его перед выбором. Меня или тебя. И это неправильно.
Катя сжала кулаки, чувствуя, как гнев закипает.
— Это не я его ставлю перед выбором. Это вы. Вы хотите, чтобы мы жили по вашим правилам.
Тамара Николаевна вздохнула, словно утомлённая.
— Катя, я не враг тебе. Я хочу, чтобы вы были счастливы. Но твой упрямый характер всё портит.
— Мой характер? — Катя встала, не в силах сидеть. — А то, что вы решили за нас, как нам жить, это нормально?
Свекровь тоже встала, её глаза сверкнули.
— Я знаю, что лучше для моего сына. И для моего внука. А ты… ты просто молодая девчонка, которая думает, что может всё контролировать.
Катя почувствовала, как кровь прилила к щекам. Она хотела ответить, крикнуть, но вместо этого глубоко вдохнула.
— Тамара Николаевна, — сказала она, и её голос был удивительно спокойным. — Я не девчонка. Я жена Сергея. Мать Димки. И я не позволю вам забрать нашу жизнь. Мы купим новый дом. И если вы хотите быть частью нашей семьи, вам придётся это принять.
Свекровь молчала, глядя на неё с удивлением. А потом сказала:
— Ты думаешь, это конец разговора?
— Нет, — Катя направилась к двери. — Это только начало.
Она вышла, хлопнув дверью, и только на улице позволила себе выдохнуть. Сердце колотилось, но внутри росла уверенность. Она сделает это. Ради Димки. Ради себя. Но что-то подсказывало, что Тамара Николаевна не сдастся так просто…
