Иришке становилось все хуже и хуже, она слабела с каждым днем. Действительно, болезнь прогрессировала очень быстро. Ее мучали сильные боли, обычные обезболивающие не помогали. Я каждый день навещала ее, мы разговаривали, читали книги, смотрели фильмы. Я, как могла, старалась отвлечь ее от грустных мыслей. — Как там мой малыш? — спрашивала она всегда. — Растет, Иришка. Растет. Скоро пинаться начнет. Она улыбалась. — Я так хочу его увидеть… — Увидишь. Обязательно увидишь. Но я знала, что это неправда, знала, что она не доживет до рождения ребенка. И от этого становилось еще больнее. Как-то она позвала меня к себе. — Наташа, я хочу тебе кое-что отдать. Она достала из шкатулки маленькую золотую цепочку с крестиком. Это моя бабушка мне подарила, когда я родилась. Пусть это останется твоему малышу. От меня. Я взяла цепочку. Крошечный крестик блеснул на солнце, и солнце сами потекли по щекам. — Спасибо, Иришка. Спасибо тебе огромное. — Не плачь, Наташенька. Все будет хорошо. Ты справишься, я знаю. Ты сильная. Через четыре месяца Иришки не стало, она скончалась у меня на руках. Я плакала так, как никогда в жизни не плакала. Мне казалось, что жизнь закончилась, я ведь осталась совсем одна. Похороны, поминки… Все как в тумане. Потом пустая квартира, тишина… И только растущий живот напоминал о том, что жизнь продолжается.
Я стала готовиться к родам. Купила кроватку, коляску, одежду, читала книги по уходу за детьми, старалась не думать о плохом. И вот наступил тот самый день. Меня отвезли в роддом. Схватки, роды… Было очень больно, но я терпела. Думала об Иришке, о том, как она хотела этого ребенка. И это придавало мне сил. Наконец, раздался первый крик, мне положили его на живот. Маленький, теплый комочек. Я заплакала от счастья. — Девочка у вас, — сказала акушерка, — здоровая, красивая девочка. Уже потом, в палате, медсестра поинтересовалась: — Как назовете? — спросила она. Я посмотрела на свою дочку. — Настенька, — сказала я, — назовем ее Настенькой. Я вышла из роддома с Настенькой на руках — встречать меня было некому. Я, если признаться честно, чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете. Но в то же время мне было очень грустно — Иришка не увидела свою племянницу. И не увидит никогда. Я вернулась в свою квартиру, собрала кроватку, разложила вещи. Настенька спала в кроватке, а я сидела рядом и смотрела на нее, не могла налюбоваться. Позвонила коллега с работы. — Наташа, привет! Как ты? Как роды прошли? — Привет, Оль. Все хорошо. Родилась дочка.
