Когда я закрыла за ними дверь, в квартире наступила блаженная тишина. Я прислонилась спиной к двери и медленно выдохнула. Сердце колотилось как сумасшедшее — не каждый день я проявляла такую решительность.
Я оглядела свою квартиру. Она снова принадлежала только мне. Прошла на кухню, включила чайник. Мой чай давно остыл, но можно заварить новый.
Тесто для пирога немного осело, но ещё вполне годилось. Я нарезала яблоки, аккуратно выложила их узором и поставила форму в духовку.
Из комнаты доносились последние звуки футбольного матча — Виктор так и не выключил телевизор. Я подошла, взяла пульт и решительно нажала на кнопку. Экран погас.
Надела свой старый, любимый халат, который Татьяна обозвала «рухлядью», и снова устроилась в кресле с книгой. На журнальный столик поставила свежий чай и вазочку с печеньем — то, что осталось от нашествия.
За окном смеркалось. Из духовки доносился аромат яблок и корицы. А я сидела в своём кресле, укутавшись в свой халат, и чувствовала удивительное спокойствие.
Все мы заслуживаем уважения. Даже от родных. Особенно от родных.
И если кто-то пытается нарушить ваши границы — иногда нужно просто дать понять, что у вас есть правила. И эти правила не обсуждаются.
Я улыбнулась своим мыслям. Интересно, как долго Татьяна будет рассказывать всем, что я «совсем одичала»? Но, знаете, мне было всё равно.
Потому что впервые за долгое время я чувствовала себя по-настоящему сильной.
А ещё я точно знала: больше они без предупреждения не приедут. Никогда.
Ваш следующий фаворит
