Она села на крыльцо, где любил сидеть Николай Петрович. Здесь они часто пили чай, и свёкор рассказывал о каждом дереве, каждом кусте. О том, как сажал их с женой, когда были молодыми. Как мечтал, что здесь будут играть внуки.
«Тамара изменилась, — говорил он однажды. — Раньше любила землю, а теперь только деньги считает. Хочет продать дачу, представляешь? Говорит, на эти деньги можно квартиру в Турции купить. А то, что здесь наша молодость прошла, ей уже не важно».
Марина достала телефон и набрала номер:
— Алло, Елена Васильевна? Это Марина Воронцова. Вы говорили, что можете помочь с адвокатом?
Елена Васильевна была старой подругой Николая Петровича, известным в городе юристом. Она сразу согласилась помочь:
— Конечно, дорогая. Я знаю всю эту историю. Коля перед смертью просил меня проследить, чтобы с завещанием всё было чисто. Он предвидел, что Тамара будет скандалить.
— Да. У меня даже есть видеозапись, где он объясняет своё решение. Специально сделали у нотариуса, как дополнительную гарантию.
Марина почувствовала облегчение. Значит, Николай Петрович действительно думал о будущем, защищал свое решение.
— И знаете, — продолжила Елена Васильевна, — у меня есть ещё кое-что. Переписка Тамары с риелтором. Она ещё год назад договаривалась о продаже дачи, как только получит права. Даже задаток взяла.
— Но ведь Николай Петрович был жив!
— Вот именно. Она уже тогда делила шкуру неубитого медведя. Если предъявить это в суде, её позиция сильно пошатнётся.
Марина поблагодарила и отключилась. Значит, вся эта истерика про «семейную память» — ложь. Свекровь просто хотела денег.
Вечером вернулся Павел. Марина встретила его на крыльце:
— Нам нужно серьёзно поговорить.
— О чём? — он присел рядом.
— О нас. О твоей матери. О том, как дальше жить.
Марина рассказала о разговоре с адвокатом, о видеозаписи, о переписке с риелтором. Павел слушал, и лицо его мрачнело.
— Не может быть. Мама говорила, что хочет сохранить дачу как память об отце.
— Твоя мама говорит много чего. Но делает совсем другое.
— Должно быть объяснение…
— Паша, — Марина взяла его за руку. — Перестань искать оправдания. Твоя мать годами унижает меня, а теперь пытается отнять то, что мне дорого. И уничтожает мой бизнес попутно. Сколько ещё ты будешь делать вид, что ничего не происходит?
— Что ты от меня хочешь? Чтобы я отрёкся от матери?
— Я хочу, чтобы ты защитил свою семью. Свою жену. Меня!
— Она тоже моя семья!
— Тогда выбирай, — Марина встала. — Потому что я больше не могу жить в постоянной войне. Либо ты ставишь мать на место, либо… либо нам придётся расстаться.
— Ты шантажируешь меня? — Павел тоже поднялся.
— Я спасаю себя. От токсичности, от унижений, от вечной роли чужой. Восемь лет я терпела. Хватит.
Павел уехал обратно в город. Марина осталась на даче. Ночью ей не спалось. Она выходила в сад, смотрела на звёзды, думала. Неужели придётся разводиться? Она любила Павла, но жить в постоянном стрессе больше не могла.
