— Я больше не буду молчать! Твоя мать переехала к нам без моего согласия, и теперь ты хочешь отдать ей нашу спальню? — Марина стояла посреди коридора, преграждая путь мужу, который тащил чемодан свекрови.
Вечер обещал быть обычным. Дети делали уроки, из кухни доносился запах ужина, а Марина планировала наконец-то досмотреть сериал. Но когда в дверь позвонили, и она увидела на пороге свекровь с тремя огромными сумками, всё полетело к чертям.
— Мариночка, помоги Елене Васильевне с вещами, — небрежно бросил Игорь, обнимая мать. — Она теперь будет жить с нами.
Марина застыла. В ушах зашумело, а перед глазами всё поплыло. Жить с ними? Когда они это обсуждали? Когда она давала согласие?
— Игорь, можно тебя на минутку? — процедила она сквозь зубы, стараясь сохранить спокойствие перед свекровью.
Елена Васильевна величественно прошла в квартиру, окинув взглядом прихожую.
— Что-то тесновато у вас тут. Ну ничего, разместимся как-нибудь, — снисходительно заметила она, снимая пальто.
Марина потащила мужа на кухню, закрыла дверь и повернулась к нему. На её лице читалась смесь недоумения и нарастающего гнева.
— Что происходит? Почему твоя мать с вещами? И почему я узнаю об этом последней?
Игорь отвел взгляд, засунул руки в карманы — верный признак того, что он чувствует себя неловко, но отступать не собирается.
— Марин, ну что ты сразу так? Маме семьдесят пять лет, ей тяжело одной. Я сын, я должен о ней позаботиться. Мы же это обсуждали.
— Обсуждали? — Марина почувствовала, как внутри закипает возмущение. — Когда? Где? Ты упомянул пару раз, что хорошо бы маме переехать поближе. Поближе, Игорь! Не к нам в квартиру! У нас трёхкомнатная квартира и двое детей-подростков! Где она будет жить?
Игорь выпрямился, набираясь решимости.
— Я всё продумал. Пока — в гостиной, на диване. А потом мы с тобой переедем в комнату Кати, а маме отдадим нашу спальню. Всё-таки ей в её возрасте нужна отдельная комната.
Марина почувствовала, что у неё подкашиваются ноги. Она опёрлась о стол, пытаясь осмыслить услышанное.
— То есть… нашу дочь ты собираешься выселить из её комнаты? Ей пятнадцать лет, Игорь! Ей нужно личное пространство! И мы с тобой должны ютиться в детской, чтобы твоей маме было комфортно?
— Не ютиться, а временно пожить! Катя может спать с Димой, они же брат и сестра. Или мы купим ей раскладной диван в гостиную. Это же не навсегда!
— А насколько? — Марина старалась говорить тихо, чтобы дети не услышали, но голос предательски дрожал от едва сдерживаемых эмоций. — На год? На два? На десять? Твоя мать — дай бог ей здоровья — может прожить ещё очень долго. И всё это время мы должны жить как… как…
— Как нормальная семья, которая заботится о старших! — перебил её Игорь, и в его голосе появились металлические нотки. — Что тут такого? Раньше всегда так жили — несколько поколений под одной крышей. Это только сейчас все стали такими индивидуалистами.
Марина глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Крик и скандал сейчас не помогут. Нужно попытаться достучаться до его разума.
