Галина Павловна сдержала слово — больше никаких финансовых просьб, никаких манипуляций. Она приходила в гости раз в две недели, играла с Машей, даже научилась печь её любимое печенье. Было видно, что ей трудно, что иногда старые привычки брали верх, но она старалась.
Однажды она призналась мне:
— Знаете, Татьяна, я всю жизнь думала, что деньги — это главное. Что если у меня будет достаточно денег, я буду счастлива. А оказалось, что променяла настоящее счастье — любовь сыновей, внуков — на иллюзию. Олег до сих пор не может мне простить. Говорит, нужно время.
— Время лечит, — ответила я. — Главное — не повторять старых ошибок.
Она кивнула.
— Я стараюсь. Каждый день стараюсь. Иногда так и хочется попросить…, но вспоминаю глаза Маши и останавливаюсь.
К новому году произошло маленькое чудо — Олег согласился встретиться с матерью. Встреча прошла у нас дома, в присутствии всей семьи. Было трудно, было много слёз и взаимных обвинений, но лёд тронулся.
— Я не говорю, что простил, — сказал Олег матери. — Но я готов попробовать начать сначала. Ради детей. У вас есть трое внуков, которых вы никогда не видели.
Галина Павловна расплакалась. На этот раз слёзы были настоящими.
За новогодним столом собралась вся большая семья — мы с Андреем и Машей, Олег с женой и детьми, Галина Павловна. Было шумно, немного неловко, но по-настоящему тепло.
— За новые начинания! — поднял бокал Андрей. — За то, чтобы ошибки прошлого остались в прошлом!
Мы чокнулись. Маша, которой разрешили пригубить детское шампанское, важно произнесла:
— А я хочу сказать тост! За то, чтобы взрослые всегда говорили правду! Потому что врать — плохо, а от правды всем становится лучше!
Все рассмеялись. Галина Павловна смахнула слезу.
— Из уст младенцев, — прошептала она.
После ужина, когда дети играли у ёлки, а мужчины обсуждали какие-то свои дела, мы с Галиной Павловной остались на кухне вдвоём.
— Татьяна, я хочу кое-что вам отдать, — она достала из сумочки конверт. — Это не все деньги, что я у вас… взяла. Но для начала. Буду возвращать понемногу.
Я посмотрела в конверт — там было тысяч пятьдесят.
— Галина Павловна, не нужно…
— Нужно, — твёрдо сказала она. — Это важно для меня. Хочу исправить хотя бы то, что можно исправить. Я продала часть своих золотых украшений. Оказалось, они мне не так уж и нужны.
Я приняла конверт. Отказ был бы оскорблением.
— Спасибо.
— Это вам спасибо. За то, что не дали Андрюше повторить судьбу Олега. За то, что открыли мне глаза. Я была ужасной свекровью.
— Была, — согласилась я. — Но у вас есть шанс стать хорошей бабушкой.
Она улыбнулась.
— Буду стараться.
И я верила, что у неё получится. Потому что люди меняются, когда понимают, что теряют. Когда осознают, что настоящее счастье — не в деньгах и красивых вещах, а в любви близких, в их доверии и уважении.
Конечно, впереди был ещё долгий путь. Доверие восстанавливается медленно, а разрушается быстро. Но мы были готовы пройти этот путь. Все вместе. Как настоящая семья.
