— Да… да, я здесь. Просто неожиданно.
— А что неожиданного? Я же говорила, что продаю. Ну все, доченька, не буду мешать. Завтра ждите, как дела сделаю, сразу к вам, вещички кое-какие перевезу. Целую!
Короткие гудки. Марина медленно опустила телефон. Мир качнулся. «Временно». Она слишком хорошо знала, что нет ничего более постоянного, чем «временное» у Раисы Петровны. Чашка с остывшим чаем дрожала в ее руке.
Вечером вернулся Денис. Веселый, пахнущий морозом и дорогим парфюмом, он с порога поцеловал Марину и протянул пакет с ее любимыми пирожными.
— Устал как собака, но сделку закрыл! Можно и отпраздновать. А ты чего такая… будто лимон съела?
Марина поставила чайник и, не глядя на мужа, рассказала о звонке. Денис слушал, снимая ботинки и вешая в шкаф пальто.
— А, так мама звонила, значит. Ну и отлично! — его реакция была предсказуемой. — Я же говорил, что купят дачу. Чего ты киснешь?
— Денис, она собирается жить у нас.
— Ну да. Временно. Пока свою квартиру продаст, новую купит. Марин, ну что такого? Это же мама. Она одна осталась, мы должны помочь.
— Помочь — да. Но жить вместе… Ты же знаешь твою маму. Она…
— Что «она»? — Денис уже начал терять терпение. — Нормальная у меня мама. Да, с характером, но она нам всегда помогала. Забыла, как она с тобой сидела после операции? Или как денег подкидывала, когда я без работы был?
Марина не забыла. Но она помнила и другое: как Раиса Петровна тогда, «помогая», переделала все меню в доме на свой лад, критикуя каждое блюдо Марины. Как она без спроса переставила мебель в их спальне, потому что «так по фэншую правильнее». Как «подкидывая денег», она потом полгода при каждом удобном случае напоминала, кто в доме главный кормилец.
— Я ничего не забыла, Денис. Но это наш дом. Наше пространство. Я боюсь, что…
— Ой, все, Марин, не начинай, а? — он махнул рукой и прошел на кухню, открывая холодильник. — Ну поживет мама с нами пару месяцев. Не развалимся. Мы же семья. Давай лучше чай пить с пирожными.
Он говорил так легко, будто речь шла о том, чтобы приютить на пару дней котенка. Марина поняла, что разговор окончен. Стены ее крепости уже дали первую трещину, а главный защитник даже не заметил этого. Она молча достала чашки, чувствуя себя невероятно одинокой.
Раиса Петровна приехала на следующий день, как и обещала. С двумя огромными чемоданами и десятком коробок. Денис, сияя, помогал ей заносить вещи.
— Мамуль, ну ты как на переселение народов собралась!
— Это только самое необходимое, сынок! — отмахивалась она, критически оглядывая прихожую. — Так, вот это сюда поставим. Мариночка, а что у тебя коврик такой затрепанный? Надо бы сменить.
Марина промолчала, стиснув зубы. Коврик был новый, просто не того цвета, который нравился свекрови.
