— М? А, про диван? — он нехотя оторвался от экрана. — Марин, ну что такого? Ей приятно было перед подругами похвастаться. Ну ляпнула, не подумав. Что, скандал теперь устраивать?
— Ляпнула? Денис, она сказала, что это она его купила. Она присвоила себе то, на что мы с тобой год пахали! А ты сидел и молчал!
— Да перестань ты! — он начал злиться. — Какая тебе разница, кто что сказал? Диван на месте? На месте. Чего тебе еще надо? Вечно ты из-за ерунды заводишься! Маме просто хотелось выглядеть в лучшем свете. Пожалеть ее надо, а не пилить!
— Пожалеть? — Марина рассмеялась тихим, страшным смехом. — А меня пожалеть никто не хочет? Меня, которую в собственном доме выставляют какой-то приживалкой, у которой нет ничего своего?
Тут из комнаты вышла Раиса Петровна, привлеченная шумом.
— Что вы тут кричите? Дениска, сынок, что случилось? Опять она недовольна?
— Да, мама, опять, — устало сказал Денис. — Марине не понравилось, что ты подругам про диван сказала.
Раиса Петровна подбоченилась. Ее лицо мгновенно стало жестким и злым.
— А что не так я сказала? Что не так?! Я вам сколько лет помогаю? Сколько денег в эту квартиру вбухано, моих денег! Когда Дениска без работы сидел, кто вам продукты возил? Я! Когда на машину не хватало, кто добавил? Я! Так что считай, что и диван этот я купила, и все остальное тоже! Это все мои вещи, поняла? Я на них полное право имею!
Это был апогей. Слова, которые до этого лишь подразумевались, были произнесены вслух. Громко и четко. Марина смотрела то на перекошенное от гнева лицо свекрови, то на мужа, который опустил голову и молчал, не в силах или не желая ничего возразить.
И в этот момент внутри Марины что-то окончательно и бесповоротно щелкнуло. Страх исчез. Осталась только холодная, звенящая ярость и кристальная ясность.
— Нет, — сказала она так тихо, что оба, и Денис, и его мать, удивленно на нее посмотрели. — Нет, Раиса Петровна. Это не ваши вещи.
Она развернулась и молча ушла в спальню, плотно закрыв за собой дверь.
На следующий день в квартире царило тяжелое, гнетущее молчание. Раиса Петровна ходила с оскорбленным видом, демонстративно не замечая Марину. Денис пытался заговорить с женой, но натыкался на вежливую, но непробиваемую стену.
Марина ушла на работу, как обычно. Она механически отпускала лекарства, консультировала покупателей, но все ее мысли были далеко. В обеденный перерыв она не пошла в комнату отдыха, а села за свой стол и сделала несколько звонков.
Вечером она вернулась домой чуть позже обычного. В руках у нее была тонкая папка. Денис и Раиса Петровна ужинали на кухне. Они посмотрели на нее с немым вызовом. Марина, не раздеваясь, прошла в гостиную. Она положила папку на журнальный столик и начала доставать из нее бумаги.
Первым она достала договор купли-продажи квартиры.
