Самогон — самогоном, но кто его знает, когда и как, эта сволочная радиация с ее, Ефросиньином организмом поведет… Верке, то что? С нее как с гуся вода: она в домишке этом родилась, выросла, да и помрет, похоже, здесь же: привыкла одним словом. Не зря же она одна во все этой деревне осталась: соседи ее все вскорости, эвакуировались, вернее, сбежали, кто куда сумел… Кто к сродственникам, а кто и на кладбище…
…Пацан-…Простонала уставшая Верка и прижав ребенка к горячему боку тут же уснула, счастливо улыбаясь в кровь искусанными губами…
…Матерью Верка оказалось как это не странно вполне приличной, хотя хитрое ли дело вовремя мальцу сиську в рот сунуть, благо молока на троих за глаза хватило бы… Сыну уже третий год шел, а все грудь сосал… А мамаша и не против: все с кормежкой проблем меньше.
Года эдак через три, по весне, из города приехало сразу же несколько грузовиков, с кузовами набитыми тонюсенькими саженцами топольков и мужики, работяги с тракторного завода за один день вкруговую обсадили ими место страшной аварии, не забыв впрочем по внешнему периметру врыть столбы с черной, каленой колючей проволокой. Над небольшой, замкнутой на навесной замок калиткой, повесили жестянку со знаком радиоактивности и надписью:
«ВНИМАНИЕ ЗАПРЕТНАЯ ЗОНА.
ВХОД ТОЛЬКО ПО СПЕЦПРОПУСКАМ В СПЕЦКОСТЮМАХ.»
Так и появилась на карте области странная, идеально круглая «Зона отчуждения».
Шли годы, и среди набравших силу деревьев завелась грибница, да такая мощная, что Верка, с пятилетним уже пацанчиком, за несколько погожих деньков на целый год грибами запасалась.
Белые, скрипящие под ножом пятаки груздей, солила она холодным способом в большой деревянной кадушке, под крышкой, придавленной тяжелым, мокрым от сопливого рассола булыжником. А грибы из «благородных»: белые да «польские», сушила в избе, нанизав их на длинные, прочные, шелковые нитки…
На что, на какие такие средства жила Верка с сыном своим в заброшенной деревне ни председатель колхоза, на чьей земле деревня эта самая числилась, ни просто сельчане, мужики да бабы не интересовались… К чему лишний раз вопросами совесть бередить — раз живут пока, значит есть на что… К тому же и огородик какой-никакой возле домика Веркиного имелся… Да и коза кажись вокруг столбика пасется… Выживут! Не зря ж говорится — дуракам везет…
Вот и Верке повезло… В тот год, когда могильник громыхнул, почитай всю деревню по бревнышкам раскатало, а в ее избенке, даже стекла не лопнули…
…Дурочка дурочкой, а все ж таки стала примечать Верка, что сынок ее, Толенька все больше на животе спит, да и то беспокойно, а на спине его, аккурат где лопаточки выпирают, начали набухать две дули большенькие, ровно грыжи… Хотела Моховая врача к сынку вызвать, но те: вот же суки дипломированные, как услышат про «Маяк», так и за червонец, а то и за четвертную в зону, к больному идти отказывались…
— Ведите мамаша сами чадо свое к нам в клинику… И то мы вам голубушка одолжение делаем, район не наш…
