Валерий звонил раз в неделю. Сначала требовал вернуться домой, потом умолял, потом просто жаловался на жизнь. Светлана слушала молча и отвечала коротко. Злости не было — была усталость от этих разговоров.
— Ты изменилась, — сказал он во время последнего звонка. — Стала какая-то… чужая.
— Не чужая. Другая. Наконец-то другая.
Вечерами, когда спадала жара, Светлана сидела на крылечке с чашкой чая и смотрела на закат. Жизнь потекла по-новому ритму — медленно, размеренно, без суеты и чужих требований. В доме стояла тишина, но не пустая, а наполненная — тишина покоя.
Август принёс первый урожай. Помидоры наливались соком, огурцы хрустели на зубах, а в малиннике можно было собирать ягоды вёдрами. Светлана заготавливала компоты и варенье — не потому, что надо, а потому, что хотелось. В первый раз за много лет она делала что-то исключительно для себя.
Телефон зазвонил, когда она мыла банки для консервации.
— Света, ну хватит дурить, — усталый голос Валерия. — Возвращайся домой. Одному тяжело.
— А мне одной хорошо, — ответила она, даже не подумав. — Представь себе — хорошо.
И это была правда. Впервые за много лет — самая честная правда.
Другие читают прямо сейчас
