Павел повернулся к ней. Лицо у него было растерянное, как у ребёнка, которого попросили решить слишком сложную задачу.
— А если она обидится?
Он молчал долго. Элина села обратно за стол и ждала. За окном щебетали птицы, где-то далеко лаяла собака. Обычные звуки обычного утра.
— Я поговорю с ней, — сказал наконец Павел. — Сегодня же.
— О том, что ей нужно найти другое место. Хотя бы на время.
Элина кивнула. Ей хотелось встать, подойти к нему, обнять — но что-то удерживало. Слишком много лет молчания, слишком много раз, когда она сглатывала слова вместо того, чтобы их произнести.
— Павел, я люблю тебя. Но я не могу жить в доме, где меня не слышат.
Наверху послышались шаги — Лидия проснулась. Скоро начнётся новый день с телевизором, советами и критикой. Но что-то изменилось. Элина почувствовала это по тому, как Павел выпрямил плечи, по новому выражению его лица.
— Доброе утро! — Лидия спустилась в ярко-синем халате. — А, Элиночка вернулась! Как дела на даче? Небось скучно там одной было?
— Наоборот, — Элина улыбнулась. — Очень продуктивно.
— Мам, — Павел подошёл к матери. — Нам с тобой поговорить нужно.
Что-то в его тоне заставило Лидию насторожиться.
— О планах. Твоих планах.
Элина встала и пошла наверх, в свою студию. Разговор предстоял трудный, но это уже был не её разговор. Впервые за много лет — не её.
Новое место для Лидии
Лидия Михайловна собирала вещи медленно, с достоинством. Никто не выгонял её — она сама решила, что пора. После разговора с сыном она три дня молчала, а потом вдруг заявила за ужином: «Нашла себе место получше».
— Мам, какое место? — Павел отложил вилку.
— В Мурманске. — Лидия улыбнулась загадочно. — Помнишь мою подругу Галю? Она там центр для молодёжи организовала. Говорит, нужны люди с опытом.
Элина подняла брови. За неделю пребывания в их доме Лидия ни разу не упоминала о желании работать с молодёжью.
— Центр для молодёжи? — переспросил Павел.
— Ну да. Подростки трудные приходят, из неблагополучных семей. Их нужно учить, воспитывать. — Лидия говорила всё увереннее. — А у меня опыт большой — тебя же вырастила.
Элина посмотрела на свекровь внимательнее. За эти дни что-то в ней изменилось. Появилась какая-то новая энергия, блеск в глазах.
— Мам, а ты уверена? Мурманск далеко, климат суровый…
— Зато дело настоящее. — Лидия встала из-за стола. — А то сижу дома, телевизор смотрю. Разве это жизнь?
Вечером Элина зашла к ней в комнату. Лидия складывала вещи в чемодан, напевая под нос какую-то мелодию.
— Лидия Михайловна, можно?
— Заходи, заходи. — Свекровь не остановила укладку. — Что хотела?
Элина села на край кровати. Слова давались трудно.
— Я хотела извиниться. Если была резкой…
— Да ну тебя! — Лидия махнула рукой. — Ты ничего резкого не говорила. Даже слишком вежливой была.
— Но вы уезжаете из-за меня.
Лидия остановилась и посмотрела на неё серьёзно.
— Элиночка, а ты думаешь, я дура? Я же вижу — дом ваш, жизнь ваша. Я тут лишняя.
