К обеду стол был накрыт: борщ дымился в тарелках, блинчики с вареньем аккуратно лежали на блюде, а бутерброды, сделанные Машей, выглядели почти как из кафе. Лена поймала себя на мысли, что ей даже нравится эта суета — дети помогали искренне, без капризов, и это было… приятно.
— Лен, ты волшебница, — сказал Сергей, глядя на стол с восхищением. — Когда ты всё успела?
— Не одна я, — Лена кивнула на Машу и Артёма, которые гордо улыбались. — У меня помощники вон какие.
Катя посмотрела на детей, и в её глазах блеснули слёзы.
— Спасибо, Лен, — тихо сказала она. — Правда, спасибо.
После обеда Сергей увёл детей в гостиную — показывать им новый конструктор, который Лена купила для племянников ещё в прошлом году. Лена и Катя остались на кухне, убирая посуду. Момент был неловкий — Лена не знала, как начать разговор, а Катя молчала, сосредоточенно вытирая тарелки.
— Катя, — наконец решилась Лена, — что у вас случилось? Сергей сказал, вы с Витькой поссорились.
Катя замерла, её руки сжали полотенце.
— Не поссорились, — голос её был хриплым. — Я ушла. Совсем.
Лена поставила кастрюлю на стол, чувствуя, как сердце заколотилось.
— Совсем? — переспросила она.
Катя кивнула, не поднимая глаз.
— Он… он опять запил, Лен. На этот раз хуже, чем раньше. Кричал на детей, разбил телевизор, пугал Машу… Я не могла больше. Собрала вещи, взяла детей и уехала.
Лена молчала, пытаясь осознать услышанное. Она знала, что у Кати с Виктором были проблемы, но, чтобы так…
— И куда ты теперь? — спросила она тихо.
— Не знаю, — Катя пожала плечами, и её голос дрогнул. — К маме нельзя, она сама еле справляется. К подруге? Там тесно. Вот… к вам приехала.
Лена почувствовала, как внутри всё переворачивается. Ей было жалко Катю, правда. Но мысль о том, что сестра мужа с двумя детьми теперь будет жить у них — в их маленькой квартире, где и так не развернуться, — вызывала панику.
— Катя, — осторожно начала Лена, — я понимаю, что тебе тяжело. Но у нас… у нас же двушка. Где вы будете жить?
Катя подняла глаза, и Лена увидела в них отчаяние.
— Я не знаю, Лен. Честно. Я просто… мне некуда больше идти.
Лена отвернулась к окну, чтобы скрыть, как дрожат её губы. Она хотела помочь, правда хотела. Но как? Как вместить в их жизнь ещё трёх человек, когда она и так еле справляется? И почему Сергей не обсудил это с ней? Почему опять всё решает за неё?
— Мы что-нибудь придумаем, — выдавила она, не оборачиваясь. — Но… я не могу обещать, что это будет легко.
Катя кивнула, вытирая глаза.
— Спасибо, Лен. Я… я постараюсь не быть обузой.
Вечер прошёл на удивление спокойно. Маша и Артём играли с Сергеем в настолки, смеялись, строили башню из конструктора. Лена наблюдала за ними, сидя на диване с чашкой чая, и пыталась понять, что чувствует. Жалость к Кате? Да. Злость на Сергея? Тоже. А ещё — странное тепло от того, как Маша аккуратно складывала посуду, а Артём спрашивал, можно ли выключить свет в коридоре, чтобы «тётя Лена не платила лишнее».
