— Вер, ну что ты сразу в штыки? — Сергей растерянно заморгал, держа в руках дымящуюся кружку с кофе. — Они же ненадолго, просто чтобы на ноги встать.
Вера сжала губы, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Она стояла у кухонного стола, сжимая тряпку, которой только что протирала столешницу. Их небольшая двушка на окраине Москвы, купленная ею до брака, была её крепостью. Десять лет копила, отказывала себе в отпуске, брала подработки. И вот теперь её муж, с которым они вместе всего три года, предлагает пустить сюда его родственников?
— Серьёзно, Серьёз? — Вера бросила тряпку в раковину, звук шлепка эхом отозвался в маленькой кухне. — Твоя тётя Галя с её сыном? Которые, между прочим, ни разу не позвонили за всё время, пока мы встречались?
Сергей поставил кружку, его лицо стало серьёзнее. Он провёл рукой по коротким тёмным волосам, будто собираясь с мыслями.
— Они в беде, Вера. У них дом в деревне под Пензой сгорел. Страховки нет, жить негде. Я же не могу их на улице оставить.
Вера скрестила руки на груди. За окном моросил октябрьский дождь, капли стучали по подоконнику, усиливая её внутреннее напряжение. Она вспомнила тётю Галю — громкую женщину, которая на их свадьбе пела караоке до хрипоты. А её сын, Дима, долговязый парень лет тридцати, тогда весь вечер просидел в углу, уткнувшись в телефон.
— И что, они прям сюда собрались? — Вера прищурилась. — В нашу двушку? Где мы и сами-то еле помещаемся?
Сергей вздохнул, отводя взгляд.
— Ну, не совсем… Они хотят прописаться. Чтобы, знаешь, с документами порядок был. А жить… ну, может, пару месяцев у нас поживут, пока не найдут что-то своё.
— Прописаться?! — Вера чуть не задохнулась от возмущения. — В моей квартире? Сергей, ты вообще соображаешь, о чём говоришь?
— Это и моя квартира тоже, — тихо, но с нажимом сказал он.
Вера замерла. Эти слова ударили, как пощёчина. Да, они женаты. Да, он внёс свою долю в ремонт — ламинат в спальне, кухонный гарнитур. Но документы? Документы на квартиру были только на неё. И она не собиралась это менять.
— Не твоя, — отрезала она. — И ты это прекрасно знаешь.
Вера сидела на диване в гостиной, поджав ноги. На коленях — ноутбук, открытый на вкладке с юридическим форумом. «Прописка родственников в квартире без согласия собственника невозможна», — гласила статья. Она выдохнула, но напряжение не отпускало. Сергей ушёл в спальню, хлопнув дверью чуть громче, чем нужно. Их разговор закончился ничем — он обиделся, она разозлилась.
За окном темнело, фонари отражались в мокром асфальте двора. Вера посмотрела на своё отражение в стекле — уставшая женщина тридцати пяти лет, с тёмными кругами под глазами. Работа в офисе, ипотека, которую она закрыла два года назад, вечная готовка-уборка. И теперь ещё это.
