Зинаида Петровна фыркнула, но промолчала, уткнувшись в свою чашку. Катя посмотрела на мужа с благодарностью, но в глубине души знала: этот разговор — лишь затишье перед новой бурей.
Дом был их мечтой с самого начала. Ещё когда они с Игорем только начали встречаться, они любили гулять по паркам и представлять, как однажды будут жить за городом. Тишина, запах сосен, звёзды над головой — всё это казалось недостижимым в их крохотной съёмной квартире в центре города. Но они работали, копили, отказывались от отпусков и новых гаджетов. Пять лет назад они наконец нашли этот участок — не слишком далеко от города, с видом на реку и старым садом. Дом строили с нуля, выбирая каждую деталь: от цвета стен до узора на плитке в ванной.
Катя любила каждую мелочь в этом доме. Широкие окна, через которые утром в спальню врывалось солнце. Деревянную лестницу, поскрипывающую под ногами. Террасу, где они с Игорем пили вино по вечерам, слушая стрекот сверчков. Но с приездом свекрови всё изменилось. Зинаида Петровна, с её громким голосом и привычкой всё комментировать, будто заполнила собой весь дом.
— Катя, а почему у вас шторы такие тонкие? — спрашивала она за завтраком. — Свет же пробивается, спать невозможно!
— А этот ваш сад — сплошная трата денег, — ворчала она, глядя на молодые яблони. — Лучше бы огород посадили, как у нас в деревне.
Каждое её замечание било, как маленький камешек, оставляя трещины в Катиных нервах. Она старалась не реагировать, напоминая себе, что Зинаида Петровна — гость. Но гость, который приехал на «пару дней», уже жил у них неделю, и конца этому не предвиделось.
Вечером, когда свекровь ушла в гостевую спальню смотреть сериалы, Катя сидела на террасе, завернувшись в плед. Игорь вышел к ней с двумя бокалами вина.
— Ты в порядке? — он присел рядом, протягивая ей бокал.
— Не знаю, — честно ответила Катя. — Твоя мама… она будто не даёт мне дышать.
Игорь вздохнул, глядя на тёмную реку вдалеке.
— Она всегда такая. Любит, чтобы всё было по её. Но она не со зла, Кать. Просто переживает за Лену.
— А за нас она переживает? — Катя посмотрела на него. — Мы с тобой пахали, чтобы этот дом построить. А теперь я чувствую себя виноватой за то, что у нас есть, а у Лены — нет.
Игорь взял её за руку. Его ладонь была тёплой, и от этого прикосновения у Кати немного отпустило.
— Ты ни в чём не виновата, — сказал он тихо. — Это наш дом. Наша жизнь. И я не позволю никому заставлять тебя чувствовать иначе.
— Тогда почему твоя мама всё время сравнивает? — Катя отпила вина, чувствуя, как горьковатый вкус смешивается с её раздражением. — Лена в хрущевке, а мы в коттедже. Лена с детьми, а мы без. Лена, Лена, Лена…
Игорь нахмурился, но промолчал. Катя знала, что он любит сестру. Лена была младше его на пять лет, и он всегда чувствовал себя за неё в ответе. Но сейчас эта ответственность ложилась тяжёлым грузом на их семью.
— Я поговорю с мамой, — наконец сказал Игорь. — Завтра. Обещаю.
