Катя кивнула, но внутри шевельнулось сомнение. Разговоры с Зинаидой Петровной редко заканчивались чем-то, кроме её громких вздохов и фразы: «Вы молодые, ничего не понимаете».
На следующий день Зинаида Петровна решила устроить «семейный совет». Она объявила об этом за завтраком, намазывая масло на тост с такой решимостью, будто собиралась подписать мирный договор.
— Надо обсудить, как помочь Лене, — заявила она, глядя на Игоря. — Не дело, что сестра твоя в таких условиях живёт.
Катя замерла с вилкой в руке. Яйца, которые она жарила для всех, внезапно показались ей безвкусными.
— Мам, у Лены есть муж, — начал Игорь, но свекровь перебила:
— А что муж? Сережа работает день и ночь, а всё равно еле концы с концами сводят! Детям одежда нужна, школа, кружки… А вы тут… — она обвела рукой кухню, — в роскоши живёте.
— Это не роскошь, — не выдержала Катя. — Это наш дом, который мы строили своими руками!
Зинаида Петровна посмотрела на неё с удивлением, будто впервые заметила, что у невестки есть голос.
— Катенька, я не спорю, — её тон стал мягче, но глаза оставались холодными. — Но подумайте о детях. У Лены двое, а у вас… — она замялась, но все поняли, что она хотела сказать.
Катя почувствовала, как щёки горят. Они с Игорем пока не планировали детей — не потому, что не хотели, а потому, что решили сначала обустроить дом, встать на ноги. Но свекровь, кажется, считала это их личным промахом.
— Мам, хватит, — Игорь повысил голос. — Мы с Катей сами решим, что делать с нашей жизнью. И если Лена нуждается в помощи, мы подумаем, как её поддержать. Но этот дом — наш. Точка.
Зинаида Петровна поджала губы, но кивнула. На кухне повисла тишина, нарушаемая только тиканьем настенных часов. Катя посмотрела на Игоря с благодарностью, но в глубине души понимала: этот «семейный совет» — лишь начало.
К обеду приехала Лена с детьми. Её старший сын, восьмилетний Миша, сразу помчался в сад, а младшая, пятилетняя Соня, прилипла к Кате, разглядывая её с любопытством.
— Тётя Катя, а у вас тут бассейн есть? — спросила Соня, теребя подол своего платьица.
— Бассейна нет, но есть река, — улыбнулась Катя, стараясь не замечать, как Зинаида Петровна наблюдает за ней. — Хочешь, пойдём посмотрим?
— Ага! — Соня захлопала в ладоши, и Катя повела её к реке, чувствуя, как напряжение немного отпускает.
Лена осталась на террасе с Игорем и свекровью. Катя слышала, как они говорят о чём-то, но не прислушивалась. Ей хотелось просто насладиться моментом — солнцем, лёгким ветром, смехом Сони, которая бросала камешки в воду.
— Тётя Катя, а почему вы с дядей Игорем тут одни живёте? — вдруг спросила Соня.
— Ну… это наш дом. Мы его построили, чтобы жить здесь вместе.
— А почему у нас такого нет? — Соня посмотрела на неё большими глазами.
Катя почувствовала укол вины. Что ответить ребёнку? Что жизнь несправедлива? Что её родители не смогли накопить на коттедж?
— У вас есть свой дом, — мягко сказала она. — И он тоже уютный. Главное, что вы с мамой, папой и Мишей вместе.
