Марина моргнула. — Аня, я не понимаю…
— Потом поймёшь. Сейчас главное — не брать трубку и не выходить одна. Я всё решу.
Она говорила уверенно, хотя внутри дрожала. Но если не она, то кто? Игорь? Он бы только развёл руками. Мать Игоря? Та скорее бы сдала всех полиции, лишь бы сохранить лицо.
Анна пошла к двери. — Куда ты? — испуганно спросила Марина. — Навстречу твоим «друзьям».
И когда она вышла из подъезда, «Волга» всё ещё стояла там. Тот же мужчина курил, теперь уже не скрывая насмешки. — Ну что, поговорила?
Анна подошла ближе, глядя прямо в глаза. — Да. И теперь будем говорить иначе. Вы ведь не коллектора представляете, а фирму «ФинГарант», верно? Он дернулся. — Откуда… — Оттуда. У меня есть знакомые. Завтра вы уже не будете стоять у этого подъезда.
Мужчина затушил сигарету, щурясь. — Слушай, баба, не лезь не в свои дела. — Это как раз мои дела.
Он усмехнулся, сел в машину и уехал.
Анна смотрела вслед, пока «Волга» не свернула за угол. Только тогда почувствовала, как колени подкашиваются. Но было уже всё равно.
Возвращаясь домой, она впервые за много месяцев не думала об Игоре. Она думала о себе. О том, как долго жила, согнувшись под чужими ожиданиями, и как теперь выпрямляется, даже если от этого ломит спину.
У подъезда она встретила старушку из второго этажа — ту самую, что всё время подкармливала дворовых котов. Та посмотрела на неё с тревогой: — Ань, ты чего бледная такая? Всё ли хорошо? Анна улыбнулась: — Всё будет. Обязательно будет.
И когда она поднялась домой, впервые за долгое время в квартире не было холода. Те самые стены — тёплые, родные, терпеливые — будто вздохнули вместе с ней.
Телефон зазвонил на следующее утро, как только Анна успела налить себе кофе. — Анна Сергеевна? — сухой голос мужской, чужой. — С вами говорит следователь Калинин, отдел экономических преступлений. Нам поступило заявление о возможном мошенничестве в отношении вашей родственницы, Семёновой Марины Викторовны.
Анна замерла. Кофе в чашке перестал дымиться. — Я слушаю, — ответила она.
— Мы приглашаем вас для дачи пояснений. Ситуация непростая. Думаю, вам стоит приехать сегодня.
В отделении пахло бумагой и дезинфекцией. Следователь, высокий, усталый мужчина с мешками под глазами, долго листал папку. — Тут, — он ткнул в документ, — Марина брала микрозаймы у частных лиц. Но эти лица фигурируют ещё в трёх делах. Обман, подделка расписок, вымогательство. Вчера вечером они пытались её запугать. Мы уже взяли их под наблюдение.
Анна слушала, и у неё внутри всё смешивалось — облегчение, страх, злость. — Значит, её не посадят? — Пока нет, — устало сказал он. — Но и вам, и вашему мужу придётся дать объяснения.
Он поднял глаза. — Кстати, вчера вечером ваш муж звонил нам. Сказал, что вы пропали.
Анна усмехнулась. — Не пропала. Просто делала то, что он не решился сделать.
Следователь чуть заметно улыбнулся. — Это видно.
