Алина медленно выдохнула. Она подошла к детской, приоткрыла дверь. Артём и Лиза сидели на ковре, увлечённо собирая пазл. Дети чувствовали напряжение, но старались вести себя тихо.
— Мам, мы поссорились с тётей Катей? — спросил Артём, не отрывая глаз от картинки.
Алина присела рядом, поправляя дочке хвостик:
— Взрослые иногда не соглашаются друг с другом. Это нормально.
— А папа будет на нас злиться? — прошептала Лиза, прижимая к себе плюшевого зайца.
Сердце Алины сжалось. Она крепко обняла детей:
— Папа любит вас больше всего на свете. Никогда не забывайте это.
Звонок в дверь раздался через двадцать минут. Алина открыла — на пороге стоял Денис с лицом, как после бессонной ночи. За его спиной маячила фигура отца — Николая Петровича, который обычно держался в стороне от семейных разборок.
— Заходите, — сухо сказала Алина, отступая.
Денис прошёл в гостиную, скинул куртку на диван. Его отец остался стоять у прихожей, переминаясь с ноги на ногу.
— Пап, ты зачем притащил отца? — спросила Алина, чувствуя, как нарастает гнев.
— Чтобы он увидел, во что ты превратила нашу семью! — Денис ударил кулаком по столу. Дети в детской притихли. — Ты мою мать чуть ли не воровкой назвала! Сестре хамишь! Ты вообще понимаешь, что делаешь?
Алина скрестила руки на груди:
— Я понимаю, что защищаю свой дом и своих детей. А ты? Ты понимаешь, что твоя мать обворовывает собственных внуков?
Николай Петрович неожиданно кашлянул:
— Может, без крайностей? Людмила, конечно, женщина увлекающаяся, но…
— Папа, — Алина повернулась к свёкру, — помнишь, как на прошлый Новый год она забрала подаренные тобой детям конфеты? Сказала, что «им и так много сладкого»?
Старик опустил глаза. Денис нервно прошёлся по комнате:
— Хватит! Я принял решение. Мама будет приходить, когда захочет. И брать то, что ей нужно. Если тебе не нравится — есть дверь.
Тишина повисла тяжёлым покрывалом. Алина почувствовала, как что-то внутри неё ломается. Она медленно подошла к полке, взяла рамку с их свадебным фото.
— Ты прав, — сказала она неожиданно спокойно. — Дверь есть. Я ухожу.
— Я заберу детей и уеду к родителям. На неделю. А ты подумаешь, что для тебя важнее — твоя мамина колбаса или твоя семья.
Николай Петрович вдруг резко подошёл к сыну:
— Денис, одумайся! Ты что, ради маминых прихотей семью готов потерять?
Денис растерянно смотрел то на отца, то на жену. Алина уже мысленно собирала чемоданы. Она знала — это последний шанс достучаться до мужа. Если сейчас он не сделает выбор — значит, выбор будет за ней.
— Я… — Денис начал и замолчал. Его телефон зазвол. На экране — «Мама».
Все замерли, глядя на мигающий экран. В этот момент Алина поняла — сейчас всё решится.
Телефон Дениса продолжал назойливо звенеть, заполняя тягостное молчание в комнате. Алина не сводила глаз с мужа, наблюдая, как его пальцы судорожно сжимают аппарат. Николай Петрович тяжело вздохнул и отошёл к окну, демонстративно показывая, что не вмешивается.
— Ну возьми уже, — тихо сказала Алина. — Мама ждёт.
