На кухне её ждал ещё один сюрприз. На столе стояла кофемашина с приготовленным капучино (Денис ненавидел возиться с ней) и коробка круассанов. Рядом — нарисованная детьми открытка с надписью «Лучшей маме».
— Мам, папа сказал, что сегодня особенный день! — вбежала в кухню Лиза в перекошенной пижаме. — Мы с Артёмом можем не заправлять кровати?
Алина рассмеялась, подхватывая дочку на руки:
Пока дети с восторгом разрушали запрет на утренние мультики, Алина пила кофе и размышляла. Она знала Людмилу Петровну слишком хорошо, чтобы верить в мгновенные перемены. Будет новый виток войны, новые манипуляции. Но теперь у неё есть союзник — сам Денис.
Телефон вибрировал. Сообщение от Кати: «Мама не встаёт с постели, говорит, что умирает. Довольна?» Алина отложила телефон, не отвечая. Впервые за годы она не чувствовала вины.
В холодильнике, который она открыла с привычной опаской, всё лежало на своих местах. Ничего не исчезло за ночь. Эта маленькая победа казалась важнее всех остальных.
— Мам, а правда, что бабушка больше не будет брать нашу еду? — спросил Артём, заглядывая в холодильник.
Алина присела перед сыном:
— Видишь, как всё стоит на местах? Так и должно быть. А если бабушке что-то понадобится — она попросит, как все нормальные люди.
Дверь в прихожей скрипнула. Денис стоял на пороге с огромным букетом и виноватой улыбкой:
— Не выдержал, сбежал с работы пораньше. Всё в порядке?
Алина взяла цветы, вдыхая их аромат. Она вспомнила, как год назад свекровь забрала подаренный ей букет — «чтобы поставить в своей гостиной, у тебя же вазы нет подходящей».
— Всё прекрасно, — ответила она, глядя мужу в глаза. — Абсолютно.
Они стояли на кухне, обнявшись, пока дети с визгом носились вокруг. В этом хаосе было больше семьи, чем за все предыдущие годы «перемирия» со свекровью.
Алина знала — впереди ещё много разговоров, возможно, даже ссор. Но сегодня утром она впервые за долгое время чувствовала себя не жертвой, а хозяйкой своей жизни. И этот вкус был слаще, чем все украденные конфеты мира.
Прошла неделя с того утра, когда всё изменилось. Алина возвращалась с работы, неся в сумке курицу для воскресного жаркого — теперь она могла покупать продукты, не боясь, что они исчезнут. Дети с Денисом должны были вернуться с прогулки через час.
Подходя к подъезду, она заметила знакомую фигуру на лавочке. Людмила Петровна сидела, ссутулившись, без привычной гордой осанки, в простом пальто, а не в дорогой шубе. Увидев Алину, она неуверенно поднялась.
— Здравствуй, — сказала свекровь тише обычного. — Можно поговорить?
Алина почувствовала, как напряглись все мышцы. Она машинально сжала пакет с курицей.
— Заходите, — после паузы ответила она.
Квартира встретила их тишиной. Людмила Петровна осторожно ступала по ковру, будто боялась оставить следы. Она села на край дивана, не снимая пальто.
— Я… — она запнулась, не находя слов. Это было так непохоже на привычную болтливую свекровь. — Я принесла кое-что.
