Дети не сразу приняли тётю. Миша держался отстранённо, а Катя и вовсе спряталась за спину Анны. Светлана же пыталась расположить их к себе — привезла дорогие подарки, рассказывала о Канаде, показывала фотографии.
— Они совсем меня не помнят, — сказала она тихо Анне. — Я была здесь четыре года назад, но тогда они были совсем маленькие. А потом всё время находила причины не приезжать… Работа, дела… А теперь уже поздно.
Вечером, когда дети легли спать, женщины сели на кухне. Анна заварила чай с мятой, достала варенье из сосновых шишек, которое недавно научилась готовить.
— Я не смогу их взять, — призналась Светлана, обхватив чашку руками. — У меня своя жизнь, работа. Я сомневалась в тебе, когда летела сюда, думала может быть детям лучше будет со мной, ведь я всё-таки родная тётя. Но вижу — им с тобой хорошо.
— Я подала документы на опекунство, — сказала Анна. — Но процесс может занять время.
— Я помогу, — кивнула Светлана. — Напишу согласие, что как ближайшая родственница поддерживаю твою кандидатуру. И буду помогать финансово. Полина бы этого хотела.
В тот же вечер, когда дети уснули, а Светлана ушла в гостевую комнату, Анна и Костя сидели на веранде. Воздух был наполнен запахами осени — прелых листьев, дыма от костров, спелых яблок. Звезды рассыпались над Сосновкой, с озера тянуло прохладой.
— У меня есть идея, — сказал вдруг Костя, нарушив уютное молчание. — Давно хотел предложить, но всё не решался.
— Какая? — Анна подтянула плед на плечах.
Костя помедлил, словно собираясь с мыслями.
— В центре посёлка стоит дом моей бабушки. Большой, двухэтажный. Там раньше была лавка на первом этаже, всё оборудовано. Мы с женой мечтали открыть пекарню, но не хватало финансов и решимости. А теперь, если ты поможешь… всё может получиться.
Анна посмотрела на него с удивлением:
— Пекарню? Здесь, в Сосновке?
— Да. Я умею печь хлеб — бабушка научила, у неё свои рецепты были, особенные. — Он улыбнулся воспоминаниям. — В посёлке нет ничего подобного, людям приходится ездить в райцентр за нормальной выпечкой. А если делать всё правильно — будут приезжать даже оттуда.
— А я причём? — спросила Анна, хотя сердце уже быстрее забилось от предвкушения.
— Нам нужен хороший редактор, — улыбнулся Костя. — Для рецептов, для вывески, для продвижения. Ты же профессионал. А ещё… — он запнулся, покрутил в руках кружку. — Я вижу, как ты заботишься о детях. Как создаёшь дом из ничего. Как не сдаёшься, когда тяжело. Ты именно тот человек, который нужен не только им, но и…
Он не договорил, но Анна поняла. Между ними давно возникло что-то — тихое, ненавязчивое, надёжное. Как тепло от печи в холодный день.
— Я подумаю, — сказала она, улыбаясь.
Но решение уже зрело в её сердце.
