Вечером, готовя ужин на всех, она вспомнила, как врач после микроинсульта, случившегося три месяца назад, предупреждал: «Берегите себя. В сорок семь ещё рано списывать себя со счетов, но стресс — ваш главный враг».
Глядя на Регину, которая, удобно устроившись на диване, говорила по телефону о каких-то рабочих делах, Зинаида почувствовала тяжесть в груди. Всегда так было — с детства. Регина, дочь отца от второго брака, младше Зинаиды на пятнадцать лет. Отец поздно женился снова, и маленькую сводную сестру баловали, ей прощали капризы и выходки. «Она же ребёнок», — говорил отец. И Зинаида уступала — свое время, внимание, потом часть родительской квартиры.
Шли годы, но ничего не менялось. Регина, хоть и давно взрослая, привыкла брать без спроса, Зинаида — отдавать. Работая школьной учительницей, она привыкла заботиться о других и дома продолжала то же самое. После смерти родителей сестра звонила, лишь когда нужна была помощь. А теперь вот заявилась с детьми и собакой, даже не спросив.
«Неделя, — подумала Зинаида, чувствуя, как снова начинает ныть левый висок. — Всего неделя. Я справлюсь».
К исходу третьего дня Зинаида поймала себя на мысли, что считает часы до отъезда гостей. В её обычно уютном доме не осталось тихого уголка — всюду были следы присутствия Регины и её детей. На полированной поверхности стола — липкие пятна от апельсинового сока, которые Кирилл пролил и никто не вытер. В ванной — разбросанные полотенца и чужие шампуни. В спальне — запах чужих духов, который проник даже сюда.
Накануне терпение Зинаиды прошло очередное испытание. Виктор месяц строил новую беседку, специально расположив её так, чтобы дым от мангала не тянуло к дому.
— Отлично придумано, — похвалила Регина, осматривая конструкцию, а через час привела подругу из соседнего посёлка, такую же громкую и бесцеремонную.
— Слишком далеко от дома, — заявила Регина, когда Виктор разжёг угли. — Давай сюда, к террасе. Нам с Милой удобнее будет.
Она просто перетащила мангал, не спрашивая разрешения. Дым потянуло прямо в открытые окна спальни. Белые занавески к вечеру пропитались запахом гари.
— Регина, весь дым в дом идёт, — не выдержала Зинаида, выглядывая из окна. — Может, вернёте мангал в беседку?
Сестра отмахнулась бокалом вина:
— Подумаешь, проветрится. Не порть вечер.
Когда Зинаида доставала чистое бельё из комода, её пальцы нащупали шёлковую ткань. Любимая блузка — единственная дорогая вещь, которую она купила себе за последний год. Сердце сжалось, когда она увидела прожжённую дырку на воротнике.
— Ой, я забыла сказать, — беспечно пожала плечами Регина, когда Зинаида показала ей блузку. — Просто одолжила на пару часов, а эта дурацкая сигарета… Купишь новую, делов-то.
