— Мам, — Егор наклонился вперёд, — ну мы же не просто так просим. Мы тебе благодарны за всё. Но сейчас особая ситуация.
— Ну да! — Ольга оживилась. — Дети маленькие, им нужны условия для развития. А здесь что? Артёмка в нашей комнате спит, Машенька уроки на кухне делает.
— Тамара Ивановна, — голос Ольги стал настойчивее, — вам что, жалко для внуков? Вы же видите — нам здесь тесно. А у вас большая квартира на двоих.
— Не жалко, Ольга. Но понимаете…
— Что понимать? — Ольга наклонилась вперёд. — Мы просим помощи! Не подарок просим — продать и купить лучшее жильё для ваших внуков!
— Ольга, потише, — тихо сказала Тамара Ивановна.
— А что мне молчать? Мы тут живём как в коммуналке! Артёмка по ночам просыпается, Машенька не может нормально учиться! А вы сидите в своей квартире вдвоём и думаете только о себе!
— Оль, ну не надо так, — слабо попытался остановить её Егор, но она уже разошлась.
— Всю жизнь от нас требовали, чтобы мы были благодарными! А когда мы просим реальной помощи — сразу отказы! Вам что, внуки не дороги?
— Да, мам, — кивнул Егор. — Мы же не для себя просим.
Тамара Ивановна встала:
— Тамара Ивановна, не уходите, — попросила Ольга. — Егор просто переживает. Мы действительно в сложной ситуации.
— В сложной ситуации все бывают, Ольга. Но семья не продаёт друг друга.
— Какая продажа? — воскликнул Егор. — Это инвестиция в будущее детей!
Тамара Ивановна надела пальто:
— Инвестируйте своими силами. До свидания.
Дверь хлопнула. В квартире повисла тишина.
Дома Виктор встретил её в прихожей:
— Ну как, съездила к деткам? Как я и думал?
— Хуже, — Тамара Ивановна сняла пальто. — Ольга устроила целый спектакль. Говорила про детей, про тесноту. А потом и Егор подключился.
После этого разговора наступила тишина. Егор не звонил, не приезжал. Тамара Ивановна ждала — может, одумается, приедет объясниться. Но телефон молчал.
Через два месяца узнала от Веры Семёновны — молодые переехали. Купили трёшку в новостройке на севере города. Откуда взяли деньги — неизвестно.
— А ты что, не знала? — удивилась соседка. — Мой Валера встретил Егора на заправке, тот и рассказал. Хвастался новой квартирой.
Вера Семёновна покачала головой:
— Странно как-то. Сыну новоселье справлять, а мать не знает.
Тамара Ивановна пожала плечами. Странно — мягко сказано.
Осенью Виктор заболел — инсульт. Лежал в больнице месяц, потом дома, восстанавливался. Тамара Ивановна не отходила от него, возила по врачам, делала массаж.
Егор не приехал. Не позвонил даже.
Через полгода Виктор ушёл из жизни. Тихо, во сне. Тамара Ивановна осталась одна в квартире, где каждый угол помнил их общую жизнь.
На прощание Егор пришёл — узнал от дальних родственников. Стоял у гроба с опущенными глазами, положил цветы. После церемонии подошёл:
— Как дела? Справляешься?
Он постоял ещё минуту, хотел что-то сказать, но промолчал. Ушёл с Ольгой, которая держала за руки обоих детей. Артёмка уже говорил, смешной, кудрявый. Машенька повзрослела, стала серьёзной.
