Анна Петровна жила на даче. Она завела козу и кур, с головой ушла в огород. Она сильно изменилась — стала тише, задумчивее. Игорь с Мариной и детьми приезжали к ней каждые выходные. Она встречала их пирогами и плакала, обнимая внуков. Особенно крепко она прижимала к себе рыжего Дениску, словно извиняясь перед ним.
Игорь начал поиски. Это было тяжело. Через архивы роддома, через старых медсестер, через социальные сети он по крупицам собирал информацию. Он нашел семью, с которой его могли перепутать. Оказалось, что его биологические родители погибли в автокатастрофе пятнадцать лет назад, но у него остался младший брат, с которым они оказались поразительно похожи. А биологический сын Анны Петровны… его судьба была трагична. Он вырос в неблагополучной семье, рано начал пить и погиб в пьяной драке пять лет назад.
Игорь приехал на дачу и сжег все документы с результатами поисков в камине.
— Ты нашел что-нибудь? — спросила Анна Петровна, сидевшая рядом и смотревшая на огонь. Она знала, что он искал.
Игорь посмотрел на неё. На её уставшее лицо, на руки, которые когда-то качали его колыбель, на глаза, полные страха услышать, что она больше не нужна.
— Нет, мам, — солгал он. — Все архивы сгорели в 90-е. Никаких концов не найти. Ты — моя единственная мать. Другой у меня нет и не будет.
Анна Петровна шумно выдохнула и прижалась щекой к его плечу. Марина, стоявшая у окна и наблюдавшая за этой сценой, тихо улыбнулась.
Иногда правда нужна, чтобы разрушить ложь. Но иногда маленькая ложь нужна, чтобы исцелить и сохранить самое главное — семью. А рыжий Дениска, с хохотом гонявший по двору куриц, был живым доказательством того, что генетика бывает капризной и непредсказуемой, но любовь — величина постоянная.
