— Да, котенок. Папа едет в путешествие с бабушкой.
Лена посмотрела на дочь и поняла, что врать больше нельзя. Хватит лжи в этом доме.
— Нет, Катя. Папа будет жить отдельно. Но он будет приходить к тебе в гости. Если захочет.
Андрей вышел в коридор, волоча пакеты. Он был в пальто, наспех накинутом поверх той самой белой рубашки. Шарф свисал нелепой петлей.
— Лен… — он остановился в дверях. — Может, поговорим? Это же бред. Из-за денег рушить семью? Я же копил для нас! Я хотел сюрприз сделать… потом.
— Для нас? — Лена подняла на него взгляд. — Ты три года смотрел, как я экономлю на прокладках и лекарствах, имея два миллиона на счете. Ты не копил, Андрей. Ты крысятничал. Это разные вещи. Уходи.
— Пошли, сынок! — Тамара Игоревна дернула его за рукав. — Не унижайся перед этой хамкой! У нас деньги есть, купим тебе квартиру лучше этой! Я теперь эти деньги не отдам, они на моем счете! Считай, компенсация за мои нервы!
Это было последнее, что Лена услышала перед тем, как захлопнуть за ними тяжелую металлическую дверь. Щелчок замка прозвучал как выстрел. Как точка в конце длинного, скучного и лживого романа.
В квартире наступила звенящая тишина. Лена прислонилась лбом к холодной двери и закрыла глаза. Её трясло. Адреналин отступал, уступая место опустошению. Неужели все кончено? Неужели она это сделала?
— Мам, — голос Кати дрожал. — А куранты?
Лена открыла глаза и посмотрела на часы. 23:58.
Она бросилась в комнату.
— Быстрее, Катя! Бумажки! Ручки!
Они успели написать желания на салфетках. Лена написала только одно слово: «СВОБОДА». Катя старательно выводила: «Хочу собаку».
Они подожгли салфетки, бросили пепел в бокалы (Кате — в детский сок) и выпили под гимн страны.
— Ура! — крикнула Лена, и слезы брызнули из глаз. Но это были слезы не горя, а невероятного, пьянящего облегчения.
— Ура! — подхватила Катя, чувствуя настроение матери.
Лена посмотрела на стол. Оливье был нетронут, холодец начал таять, утка остывала. На полу валялся разорванный конверт с выпиской.
— Знаешь что? — сказала Лена. — А ну его, этот порядок!
Она включила музыку на полную громкость. Старая добрая ABBA «Happy New Year».
— Давай танцевать! Прямо на столе? Нет, на столе нельзя, давай на диване!
Они прыгали на диване, разбрасывая подушки, пели невпопад и смеялись. Лена чувствовала, как с каждым прыжком из нее выходит напряжение последних лет. Она была одна. Без мужа, без денег (формально, ведь Андрей наверняка заберет все, что сможет), с ребенком на руках. Но она чувствовала себя богаче, чем когда-либо.
Через час, когда Катя уснула прямо в «крепости» из одеял, которую они построили посреди разгрома, телефон Лены пискнул.
Сообщение с незнакомого номера.
«Ленка, ты, конечно, стерва, но я восхищена. Тамара. P. S. Андрея я отправила в гостиницу, он ноет. А деньги я завтра переведу на другой счет. Пусть помучается. С Новым годом!»
