— Мама, что ты говоришь? — Ольга замерла с телефоном, чувствуя, как холодок пробегает по спине. Голос свекрови, всегда такой уверенный и властный, сейчас звенел от едва сдерживаемого гнева, словно натянутая струна, готовая лопнуть в любой момент.
Она стояла на веранде своей дачи, где воздух был пропитан запахом мокрой земли и опавших листьев. Осень уже вовсю хозяйничала в Подмосковье, устилая сад ковром из золотистых и багряных листьев, а Ольга только-только закончила уборку после лета. Дача эта досталась ей от тёти Веры — единственной родственницы, которая всегда относилась к ней как к родной дочери. Тётя Вера ушла тихо, в сентябре, оставив в завещании этот скромный участок с деревянным домиком у леса, и Ольга, вложив все сбережения, превратила его в настоящий оазис покоя. Новые ставни на окнах, уютная беседка с качелями, даже маленький прудик с лилиями — всё это было её мечтой, воплощённой в поте и заботе.
А теперь этот звонок. Свекровь, Тамара Петровна, позвонила без предупреждения, как всегда, в самый неподходящий момент. Ольга представила её сидящей в своей городской квартире, с прямой спиной и строгим взглядом, который мог пригвоздить к месту любого, кто осмелится возразить.
— Ты слышала, что я сказала, Оля? — голос Тамары Петровны стал чуть мягче, но в нём сквозила та же сталь. — Новый год на носу, вся родня собирается, а у нас, как назло, ремонт в доме затянулся. Твоя дача — в самый раз. Просторно, свежий воздух, лес рядом. И ты, как хозяйка, накрываешь стол. Для всех. Это же семейное дело, не так ли?
Ольга опустилась на ступеньку веранды, сжимая телефон так, что пальцы побелели. Семейное дело. Эти слова эхом отозвались в голове, вызывая воспоминания о прошлых праздниках: шумные застолья в квартире свекрови, где она, Ольга, всегда была на вторых ролях — помогала на кухне, убирала посуду, улыбалась сквозь усталость. А теперь, когда у неё наконец-то появилось своё место, своё пространство, — это. Угроза, завёрнутая в заботу.
— Тамара Петровна, — начала Ольга осторожно, стараясь сохранить спокойствие, — я понимаю, что Новый год — важный праздник. Но дача… это моя дача. Я только-только обустроила её, вложила столько сил. И. я не планировала гостей. Не в таком количестве.
Пауза на том конце линии была тяжёлой, как предгрозовое небо. Ольга услышала, как свекровь глубоко вздохнула, и это дыхание, такое знакомое, вызвало в ней волну раздражения. Сколько раз она слышала этот вздох — перед очередной лекцией о том, как правильно вести дом, воспитывать детей или даже выбирать одежду?
