— А я могу? — Елена посмотрела на него прямо. — У меня зарплата в два раза меньше твоей, Слав. И я ещё в декрете была два года, пока ты карьеру строил.
— Лен, ну не начинай. Я же не отказываюсь совсем. Просто сейчас действительно тяжело. Давай я им тысячу-две переведу, а остальное… потом.
— Тысячу-две, — повторила Елена. — А им надо десять. Минимум. Лекарства, коммуналка, продукты…
Вячеслав пожал плечами.
— Ну не знаю. Ты же сама говорила, что хочешь маме помочь с зубами. Вот и помоги. Она тебя любит.
Елена почувствовала, как внутри всё холодеет.
— То есть ты предлагаешь мне взять на себя содержание твоих родителей?
— Не содержание, — он поморщился. — Просто помочь. Временно. Пока я не разберусь.
— А когда ты разберёшься? Через год? Через пять?
Вячеслав встал, подошёл к ней, обнял за плечи.
— Леночка, ну ты же у меня умница. Мы же команда. Я на работе пашу, ты дома порядок держишь. Вот и сейчас… вместе решим.
— Нет, Слав. Это не «вместе». Это я одна буду решать, а ты будешь «пока не можешь».
Он посмотрел на неё с удивлением. — Ты серьёзно? Это же мои родители.
— Вот именно, — сказала Елена тихо. — Твои.
Ночью она долго не могла заснуть. Вячеслав спал рядом, ровно дыша. А она лежала и смотрела в потолок, вспоминая, как пять лет назад выходила за него замуж. Тогда он казался таким надёжным, таким взрослым. А сейчас…
На следующий день Ольга Петровна позвонила сама.
— Леночка, прости, что вчера расстроила, — голос был мягкий, виноватый. — Я не хотела. Просто отец плохо себя чувствует, давление скачет. А Славик… он сказал, что вы вместе подумаете.
Елена закрыла глаза. — Ольга Петровна, я подумаю. Одна.
— Конечно, доченька, конечно, — свекровь радостно зачастила. — Я знала, что ты нас не бросишь! Ты у нас золотая!
Повесив трубку, Елена долго сидела на кухне. Потом открыла банковское приложение, посмотрела на остаток по счёту. Там было ровно столько, сколько хватило бы на три месяца нормальной жизни — без кредитов, без долгов, без содержания чужих родителей.
Она встала, подошла к детской. Кира спала, разметавшись по кроватке, сжимая в ручке плюшевого зайца. Елена поправила одеяло, поцеловала дочь в тёплый лоб.
Вернувшись на кухню, она набрала сообщение Вячеславу:
«Я не буду содержать твоих родителей. Это твоя ответственность. Если ты не хочешь — это твоё решение. Но моё — не буду». Отправлено.
Телефон тут же зазвонил. Вячеслав. — Лен, ты чего? Мы же договаривались…
— Нет, Слав, — перебила она. — Договаривались мы с тобой о другом. О семье. О нас троих. А не о том, что я буду содержать всех твоих родственников.
— Но это же мои родители!
— Вот и содержи их, — сказала она спокойно. — Или объясни им, почему не можешь. Но меня в это не впутывай.
Повесила трубку. Через час пришло сообщение от Ольги Петровны:
«Леночка, Славик сказал, что ты отказываешься помогать. Как же так? Мы же семья…»
Елена посмотрела на сообщение, потом просто заблокировала номер.
Вечером Вячеслав пришёл домой мрачный. — Ты зачем маму заблокировала?
