— Что-что? Готовим, разве не видишь? Володя говорил, что вы питаетесь одними полуфабрикатами. Ну я и решила научить тебя готовить по-человечески. Девочки помогают, передают рецепты. Вот, смотри, борщ настоящий варим, не то что ваши магазинные супчики из пакетиков.
Одна из женщин — та, что с картошкой — участливо кивнула:
— А чо, правильно свекровь делает. Молодёжь нынче готовить не умеет. Всё микроволновками да доставкой.
Света медленно обвела взглядом кухню. Её мраморная столешница была залита какой-то розовой жидкостью. На полу лежали огрызки и очистки. Мусорное ведро было переполнено и источало удушливый запах. А в её духовке, судя по аромату, запекалось что-то жирное и обильно приправленное.
— Надежда Степановна, — Света сделала шаг внутрь, чувствуя, как холод растекается по венам. — Я не давала разрешения устраивать здесь кулинарный кружок. Это моя квартира. Я не просила вас приходить. Где Володя?
— Володенька в комнате отдыхает, не мешай ему, — свекровь махнула рукой, как мухе. — Он на работе устал, а тут мы шумим. Иди лучше переоденься, помоги нам. Руки-то у тебя есть? Или ты только за компьютером пальцами стучать умеешь?
Женщины за столом фыркнули. Одна из них — Зина, кажется — добавила:
— Надя, ты права. Я вот свою невестку тоже воспитываю. А то приходишь к ним — холодильник пустой, в доме бардак. Работать-то они все научились, а хозяйство вести — не хотят.
Света почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Они говорили о ней так, словно она была глухая. Или просто не существовала. В её собственном доме обсуждали её несостоятельность как хозяйки, сидя на её мебели, пользуясь её посудой, загадив её кухню.
— Уходите, — произнесла она. Голос дрогнул, но слова прозвучали чётко. — Все. Прямо сейчас.
Свекровь обернулась. На её лице было написано искреннее недоумение.
— Ты чего это? С ума сошла? Мы же ужин готовим! Для вас стараемся! Володя так обрадовался, когда я сказала, что приду с девочками и научу тебя готовить. Он говорит, ты вообще борщ не умеешь варить.
— Мне не нужны ваши уроки, — Света сжала кулаки. — Я не приглашала гостей. Я пришла домой после работы и хочу отдохнуть. В тишине. Одна. С мужем. Без посторонних.
— Каких ещё посторонних? — возмутилась Галя, сестра свекрови. — Мы семья! Надька — мать Володи, я — его тётя. Мы тут свои люди, между прочим.
— Свои люди не врываются без приглашения и не превращают чужую квартиру в столовую, — отрезала Света.
Надежда Степановна вытерла руки о фартук — Светин фартук, кстати, тот самый дизайнерский, который подарила подруга, — и подошла к невестке. Она была на голову ниже, но каким-то образом умудрялась нависать.
— Светочка, — голос свекрови стал мягким, почти вкрадчивым. — Я понимаю, ты устала. У тебя стресс. Но не срывайся на мне. Я же добра хочу. Володя три года назад на тебе женился, а ты так и не научилась встречать мужа с горячим ужином. Он мне жалуется, говорит, приходит домой — холодильник пустой, жена на диване с телефоном. Это неправильно, Светочка. Так семью не сохраняют.
