— Если мы семья, то почему никто не спросил моего мнения, прежде чем приглашать юриста?
— Потому что ты упрямая и неразумная! — выпалила свекровь. — Хочешь оставить мужа ни с чем!
— Я не оставляю мужа ни с чем. У нас есть общая квартира, за которую мы вместе платим ипотеку.
— Ага, платите! А кто вам помогал с первоначальным взносом? Забыла?
Алла прикусила губу. Действительно, Маргарита Владимировна одолжила им часть денег на первый взнос. Правда, потом выяснилось, что это были не её личные сбережения, а деньги от продажи дачи, которая принадлежала покойному отцу Максима. Но свекровь подавала это как личное одолжение.
— Мы вернём эти деньги, — твёрдо сказала Алла.
— Вернёте? — Маргарита Владимировна рассмеялась. — Чем? Или ты собираешься продать бабушкину квартиру?
— Максим! — свекровь снова повернулась к сыну. — Ты слышишь, как она со мной разговаривает?
Максим тяжело вздохнул:
— Алла, может, хватит? Мама старается помочь…
— Помочь? — Алла почувствовала, как внутри всё закипает. — Она старается отобрать у меня наследство!
— Никто ничего не отбирает, — возразил он. — Просто логично, что имущество супругов должно быть общим.
— Логично? А логично ли, что твоя мать живёт с нами уже полгода, хотя у неё есть своя квартира, которую она сдаёт?
— Чем другое? Почему она не предлагает сделать её квартиру «общей семейной собственностью»?
— Потому что я заработала её своим трудом! — вмешалась Маргарита Владимировна. — А ты получила просто так, по наследству!
— Моя бабушка тоже заработала эту квартиру своим трудом. И оставила её мне, потому что любила меня!
— Ах, так мы не любим тебя, да? — свекровь прижала руку к груди. — Я приняла тебя как дочь, а ты…
— Вы приняли меня как бесплатную прислугу! — выпалила Алла. — Готовь, убирай, стирай, а теперь ещё и квартиру отдай!
— Алла! — Максим вскочил. — Как ты можешь такое говорить?
— А как я могу молчать? — слёзы подступили к глазам, но она сдержалась. — Макс, неужели ты не видишь? Твоя мать манипулирует нами! Тобой!
— Я? Манипулирую? — Маргарита Владимировна схватилась за сердце. — Максим, мне плохо…
— Мама! — он кинулся к ней. — Тебе вызвать скорую?
— Нет, нет… Просто воды…
Пока Максим бегал на кухню за водой, свекровь бросила на Аллу торжествующий взгляд. В этом взгляде было всё — и презрение, и уверенность в своей победе.
Алла поняла, что больше не может. Не может жить в этом театре абсурда, где она всегда будет крайней, где её чувства и желания не значат ничего.
— Я ухожу, — сказала она, когда Максим вернулся со стаканом воды.
— Куда? — он растерянно посмотрел на неё.
— К подруге. Мне нужно подумать.
— Алла, не уходи, — Максим попытался удержать её. — Давай поговорим спокойно.
— Мы три года «говорим спокойно». И всегда результат один — я должна уступить твоей матери. Но не в этот раз.
— Вот и уходи! — всхлипнула Маргарита Владимировна. — Бросай мужа! Показывай своё истинное лицо!
Алла не ответила. Она собрала самые необходимые вещи и вышла из квартиры, которая перестала быть домом.
