Елена пошла на кухню. Стол был завален грязной посудой, остатками пирога, который уже не казался аппетитным. Она начала механически убирать тарелки в посудомойку.
Сергей подошел сзади, нерешительно обнял ее за плечи.
— Прости меня. Я правда… я горжусь тобой. Ты у меня сильная.
Елена замерла на секунду, потом аккуратно высвободилась из его объятий.
— Я не хочу быть сильной, Сережа. Я хотела быть просто счастливой женой в своем доме. Но пришлось стать хозяйкой крепости.
Она включила воду, смывая крошки с блюда. Шум воды успокаивал.
— Кольке я сам позвоню, — сказал Сергей за спиной. — Скажу, что места нет. И отцу позвоню. Скажу, чтобы… чтобы не лез.
— Позвони, — кивнула Елена. — Это будет хороший первый шаг.
Она посмотрела в окно. На улице зажигались фонари, освещая двор. Где-то там, внизу, садились в свои старые «Жигули» ее свекры, увозя с собой свое разбитое эго. Елена знала: они еще попытаются представить все так, будто она обманщица, скрывшая богатство. Будут сплетни, будут обиды. Но самое главное уже произошло.
Фраза «Ты здесь никто» больше никогда не прозвучит в этих стенах. Потому что теперь все точно знали, кто есть кто.
Елена вытерла руки полотенцем, налила себе свежего чая и впервые за вечер села на свой любимый стул — хозяйский. Страх ушел. Осталась только усталость и странное, новое чувство собственного достоинства, которое, как оказалось, весит гораздо больше, чем папка с документами на квартиру.
