Повисла тяжёлая тишина. Лицо Игоря пошло красными пятнами. Тамара Павловна медленно встала, опершись руками о стол.
— Вот как ты заговорила… Значит, мой сын для тебя — неудачник? А ты, значит, принцесса на горошине? Да если бы не Игорь, ты бы до сих пор одна сидела со своим скверным характером!
— Хватит! — Марина резко отодвинула стул. — Я больше не намерена это слушать. Я ухожу.
— Иди! — крикнула свекровь ей в спину. — Иди и подумай над своим поведением!
Марина вылетела в прихожую, трясущимися руками накинула плащ. Игорь даже не вышел её проводить, остался сидеть в комнате. Она слышала, как свекровь что-то ему выговаривает, но слов было не разобрать.
Выскочив на улицу, Марина глотала прохладный вечерний воздух, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Она добежала до своей машины — той самой маленькой, на которой они приехали, — забралась на водительское сиденье и заблокировала двери. Слёзы душили. Ей хотелось кричать от обиды. Почему? Почему она вечно должна оправдываться за то, что у неё есть?
Она достала телефон. Нужно было позвонить Игорю, сказать, что она ждёт его пять минут, и если он не выйдет, она уедет одна. Или нет… Лучше позвонить свекрови. Расставить все точки. Сказать, что она уважает её, но лезть в их кошелёк не позволит.
Марина набрала номер Тамары Павловны в WhatsApp — голосовой вызов. Гудки шли. Наконец, на экране высветилось «Соединение установлено».
— Да? — голос свекрови звучал по-деловому.
— Тамара Павловна, это Марина. Я хочу сказать… — начала она, но свекровь перебила:
— Я не хочу с тобой разговаривать, пока ты не извинишься. Невоспитанная.
Гудки. Марина в сердцах швырнула телефон на пассажирское сиденье. Но экран продолжал светиться — вызов не завершился. На дисплее тикали секунды: 00:47… 00:48… 00:49…
Она замерла. Тамара Павловна, видимо, просто положила телефон рядом с собой, не нажав на красную кнопку. Линия осталась открытой.
Из динамика донёсся голос Игоря. Чёткий, громкий. Видимо, телефон свекрови лежал совсем близко к ним.
— …Мам, ну она реально взбесилась сегодня. Я боялся, что она вообще уйдёт и на развод подаст.
— Не подаст, — голос Тамары Павловны звучал уже не визгливо, а спокойно, даже с какой-то пугающей уверенностью. — Куда она денется? Ей тридцать четыре, кому она нужна? Вцепилась в тебя, как клещ.
Марина потянулась к телефону, чтобы отключиться. Ей было противно это слушать. Но рука застыла в воздухе, когда она разобрала следующие слова.
— Ты главное не дави сейчас пару недель, — наставляла мать сына. — Пусть остынет. Купи цветы, поной немного, что у тебя на работе проблемы, что сердце колет. Она жалостливая. Растает.
— Мам, а если она к юристу пойдёт? — в голосе Игоря звучала тревога. — Если узнает, что дом мы хотим на тебя оформить?
