— Она уже села в такси, — произнёс Дмитрий, не поднимая глаз от экрана телефона и будто нарочно избегая взгляда жены.
Елена поставила чашку на стол слишком резко. Кофе плеснул через край и тут же растёкся по светлой скатерти неровным тёмным пятном. Она смотрела на это пятно не из-за испорченной ткани — просто больше не знала, куда деть глаза. Стоило ей перевести взгляд на мужа, и она могла сказать то, что пока ещё удерживала внутри. Или уже не удерживала. Именно это и пугало.
— В такси, — медленно повторила она. Это не прозвучало как вопрос. Скорее как слово, которое нужно было произнести, чтобы оно окончательно стало реальностью.
— Да. Говорит, спину прихватило, в автобусе её растрясёт. — Дмитрий наконец отложил телефон. — Лен, ну это же ненадолго. Пока Иван с ремонтом не разберётся.
— Твой брат ремонтирует уже восемь месяцев.
— Ну… ты же знаешь Ивана.
— Дмитрий. — Елена сказала его имя негромко, но в её голосе было что-то такое, отчего он сразу выпрямился. — Мы это обсуждали. Ещё в феврале. Ты сам тогда сказал: если твоя мама и приедет, то только после того, как мы оба согласимся. Ты это помнишь?
Он помнил. По тому, как Дмитрий чуть отвёл глаза, это было ясно без слов.
— Она сама позвонила и сообщила, что уже едет. Я просто не успел тебе сказать.
— Значит, ты всё-таки знал?
— Узнал час назад.
— Целый час. — Елена поднялась из-за стола и подошла к окну. Внизу, во дворе, почти никого не было; только какой-то человек выводил рыжую собаку на поводке. — То есть ты час думал, как мне об этом сообщить. И выбрал момент, когда она уже в машине и ничего нельзя отменить.
Дмитрий промолчал. И это молчание объяснило больше, чем любые оправдания.
Валентина Павловна появилась минут через двадцать. В дверь она позвонила не один раз, а трижды подряд, с крошечными паузами — как делала всегда. Дмитрий пошёл открывать, а Елена из кухни слышала, как свекровь громко, бодро и почти празднично заговорила в прихожей, словно приехала погостить на выходные, а не занять место в чужой квартире неизвестно на сколько.
— Димочка, ну как вы тут живёте, лифт опять сломался, я с этими сумками чуть не навернулась, хорошо хоть молодой человек помог, такой вежливый, в очках…
Елена налила себе воды. Сделала несколько глотков. Аккуратно вернула стакан на стол.
И только после этого вышла в коридор.
Валентина Павловна стояла посреди прихожей рядом с тремя огромными сумками и чемоданом на колёсах. Три сумки. И ещё чемодан. Для «временного» проживания.
— Леночка! — свекровь шагнула навстречу, широко раскинув руки. — Господи, какая же ты бледная. Ты не заболела? Дима, посмотри на неё, совсем осунулась. Кормить её надо нормально.
Елена дала себя обнять. Слегка кивнула.
— Добрый вечер, Валентина Павловна.
— Добрый, добрый. Ну вот, я приехала, теперь вам легче станет. Готовку на себя возьму, порядок наведу. Димочка наконец-то будет есть по-человечески.
