— Давай, давай, раскошеливайся, — ухмылялся Олег Николаевич, глядя на своего взрослого сына, — ну ты что, не видишь, в какой я тяжёлой ситуации нахожусь?
Я тебе жизнь дал, ты обязан у меня за это отблагодарить! Много я не прошу, мне тридцать — сорок тысяч в месяц будет достаточно.
Ручка есть? Я тебе номер карты продиктую.
***
Дима своего отца видел несколько раз в жизни. Мама лишний раз про своего первого законного супруга говорить не хотела, Олег её очень обидел.
Правду о родителе, Дима узнал, когда подрос, рассказала ему бабушка:
— Женились твои мама и отец по большой любви. Он долго за дочкой моей ухаживал, пороги оббивал, поступки разные геройские совершал.
Однажды, помню, чтобы букет цветов ей вручить, кран подъёмный пригнал. Даже не знаю, где он его взял.
Людка от восторга визжала. Она его любила, а мне он почему-то сразу не понравился. Но дочку обижать я не хотела, согласие поэтому на брак дала.
— А почему они развелись?
— Видимо, папаша твой наигрался в семью. Когда ты родился, отношения между Людой и Олегом как-то сразу испортились.
Он с тобой возиться отказывался. Сначала говорил, что боится тебя на руки брать, потом вроде бы ты его раздражать своим плачем начал.
А через два месяца появилось новое оправдание. Он Люде сказал, что она тебя нагуляла.
Олег-то чернявый, а ты светленький был, как одуванчик. Уж потом-то волосы потемнели. В общем, к этому он прицепился и ушёл от вас.
Дима на отца обижался всё детство. Лет до восьми мальчишку дразнили одноклассники и сверстники из-за того, что он в неполной семье растёт.
Потом, когда появился отчим, ситуация выправилась. Людмила во второй раз вышла замуж за бывшего военного, Андрея, мужчину сурового и справедливого.
Пасынка он обожал, как своего, ни разу в жизни голоса не повысил и уж тем более руки не поднял. Дима всей душой любил отчима и его считал за родного отца.
Первая встреча сына и его родителя произошла практически сразу после той свадьбы. Кто-то сказал Олегу, что его бывшая жена удачно вышла замуж.
И мужчина, как следует приняв на грудь, пришёл заявить свои права на сына:
— Людка, — колотил в дверь пьяный Олег, — открой, у тебя свет горит! Я знаю, что ты дома! Открой, дай повидаться с сыном! Не имеешь права мне запрещать, я — его отец!
Дима, услышав незнакомый мужской голос, испугался. Андрей был дома. Он обнял пасынка, крепко прижал к себе и спросил у жены:
— Люд, что с ним будем делать? Смотри, как пацана напугал.
— Я не знаю, — понурив голову, ответила женщина, — наверное, надо впустить. Может быть, за ум взялся, с Димкой общаться хочет. Андрюш, ты не пойми меня неправильно… Я не могу ему запретить.
— Да брось ты, — махнул рукой Андрей, — я всё понимаю. Что, открыть дверь?
— Открой, наверное, — разрешила Людмила, — может быть, действительно чудо произошло и Олега совесть заела из-за того, что восемь лет сына не видел.
