— Именно поэтому мы здесь, — перебила Галина, наклоняясь вперёд. — Чтобы по-хорошему договориться. Ты можешь, конечно, оспаривать, но поверь, у нас достаточно доказательств. Александр говорил с нотариусом…
— Что?! — воскликнула я, чувствуя, как паника поднимается внутри волной.
— Мы хотим решить всё мирно, — вмешался Виктор, кладя на стол какую-то бумагу. — Смотри, мы даже составили предварительный договор. Ты сможешь жить здесь ещё три месяца, пока не найдёшь что-то подходящее…
Я не верила своим ушам. Не верила, что эти люди, которые даже не пролили ни слезинки на похоронах, теперь сидят в гостиной моего дома и делят его, словно я здесь пустое место.
— А если я откажусь? — тихо спросила я, и мой голос прозвучал неожиданно твёрдо.
Галина и Виктор переглянулись, как будто ожидали этого вопроса.
— Тогда нам придётся обратиться в суд, — пожал плечами Виктор, как будто речь шла о том, какой фильм посмотреть вечером. — И поверь, дело будет долгим и неприятным.
— К тому же, — добавила Галина, — мы знаем о его долгах.
Это был удар ниже пояса. Саша действительно взял кредит перед смертью, но я знала, на что пошли эти деньги.
— Значит, вот как, — прошептала я, ощущая, как внутри что-то ломается. — Вы пришли, когда земля на могиле ещё свежая, чтобы выгнать меня из дома?
— Не драматизируй, — фыркнула Галина. — Просто будь разумной. Подумай о нашем предложении. Мы ведь даём тебе выбор.
Они оставили бумаги на столе и поднялись, как будто всё уже решено.
— Позвони нам завтра, — бросил Виктор, направляясь к выходу. — Лучше решить всё быстро и без лишних эмоций.
Я сидела неподвижно, пока дверь за ними не закрылась. Только тогда дрожь, которую я сдерживала все это время, прорвалась наружу. Руки тряслись, когда я взяла оставленные ими документы.
Глаза не сразу сфокусировались на тексте. Но когда я начала читать, меня захлестнула волна ужаса и бессилия. Они не просто хотели долю — они хотели весь дом. А мне из «милосердия» предлагали компенсацию, которой едва хватило бы на комнату в общежитии.
Что-то внутри меня надломилось, и я разрыдалась — впервые с самых похорон. Но теперь я оплакивала не только потерю мужа, но и осознание того, что стою на пороге новой битвы. Битвы, к которой я была совершенно не готова.
Телефон зазвонил, заставив меня вздрогнуть. На экране высветилось имя соседки, Марии Сергеевны. Она звонила уже третий раз за день.
Я отложила трубку в сторону. Не сейчас. Сейчас мне нужно было понять, что делать дальше и где искать защиты от этих стервятников, которые когда-то были семьёй моего мужа.
В голове билась одна мысль — неужели Саша действительно мог оставить меня такой беззащитной? Неужели он не подумал… не предусмотрел?
Дрожащими пальцами я дотянулась до чашки с давно остывшим чаем и сделала глоток. Горький вкус был сейчас как нельзя кстати. Где-то в этом доме должны быть наши документы. Все наши документы. И завтра… завтра я должна найти ответ.
