— Не знаю, — она пожала плечами. — Пока побуду тут. Надо… в себе разобраться.
Он кивнул, взялся за ручку двери. Помедлил.
— Знаешь, я ведь правда не хотел…
— Знаю, — перебила она. — В том-то и дело, что ты вообще не хотел. Ничего не хотел — ни сделать больно, ни сделать хорошо. Просто не думал обо мне. Вот как-то так.
— Мам, а может не надо? — Алёнка сидела на кровати, наблюдая, как Марина складывает вещи в чемодан.
— Надо, доча, — Марина аккуратно свернула свитер. — Две недели в санатории — это то, что мне сейчас нужно.
— Но ты же только вернулась…
Марина присела рядом с дочерью. Да, она вернулась. Через неделю после того разговора у Тамары. Вернулась — и сразу заявила, что едет отдыхать. Одна.
— Алён, — она легонько щёлкнула дочь по носу. — Помнишь, ты в детстве любила собирать пазлы?
— Ну помню, и что?
— Так вот, иногда, чтобы картинка сложилась правильно, нужно отойти подальше. Посмотреть со стороны.
В дверях спальни появился Алексей с кружкой чая:
— Может, довезти тебя?
Раньше она бы ответила: «Да ну что ты, у тебя же работа». Но сейчас…
— Довези, — она улыбнулась. — Заодно посмотришь, куда меня отправляешь.
— Как будто я тебя отправляю, — он хмыкнул. — Ты сама такая… решительная стала.
— Стала? — она покачала головой. — Нет, Лёш. Я всегда такой была. Просто забыла об этом. А теперь вспомнила.
Он помолчал, разглядывая её, будто впервые видел.
— Знаешь, — сказал вдруг, — а ведь тебе идёт.
— Что?
— Вот это всё. Решительность. Самостоятельность. Даже злость немножко идёт.
— Ты что, заболел? — она шутливо потрогала его лоб.
— Не-а, — он перехватил её руку. — Просто… ну… вот раньше ты была как картина на стене. Висит себе, радует глаз. А теперь будто ожила. И знаешь… так даже лучше.
Марина фыркнула:
— Ты ещё скажи, что специально всё это затеял. Чтобы я «ожила».
— Не, я не настолько умный, — он притянул её к себе. — Но я рад, что всё так вышло. Правда.
Она уткнулась носом ему в плечо. От рубашки пахло их стиральным порошком и почему-то весной.
— Мам, пап, — подала голос Алёнка. — А можно я тоже с вами в санаторий? Ну хоть на выходные?
— Нет уж, — Марина высвободилась из объятий мужа. — Эти две недели — только мои. Буду гулять, читать, рисовать… А вы тут без меня справляйтесь.
— А мы справимся? — в голосе дочери прорезалось беспокойство.
— А куда вы денетесь? — Марина подмигнула. — Заодно поймёте, каково это — без мамы-табуретки.
— Какой табуретки? — не поняла Алёнка.
— Неважно, — Марина захлопнула чемодан. — Важно другое: я вернусь через две недели. И, возможно, даже разрешу вам показать мне этот ваш загадочный дом. Но! — она подняла палец. — Решать будем вместе. Все трое. Договорились?
Алёнка часто закивала. Алексей улыбнулся:
— Договорились. А теперь давай собираться, а то на поезд опоздаешь.
Марина оглядела комнату. Здесь всё было по-прежнему: те же занавески, те же фотографии на стенах, тот же вид из окна. Но что-то неуловимо изменилось. Может, она сама? Или они все?
