На трезвую голову они казались еще более прекрасными. Невыносимо талантливыми. Предательски совершенными.
Хуже измены может быть только красивая измена
Телефон взорвался мелодией звонка на следующее утро, когда я, опухшая от слез и недосыпа, пыталась влить в себя третью чашку кофе.
— Маришка, ты куда пропала? — голос Вики звучал как обычно, беззаботно и тепло. — У тебя всё хорошо? Мы договаривались встретиться в «Кофемании», забыла?
Я молчала, сжимая телефон так, что пластиковый чехол жалобно хрустнул.
— Алло? Ты там?
— Да, Вик, я здесь.
— Что-то случилось? У тебя голос странный…
— Правда? А какой должен быть голос у женщины, которая обнаружила, что муж спит с её лучшей подругой?
На другом конце провода повисла такая тишина, что я слышала гулкие удары своего сердца.
— Марин… я… — её голос дрогнул.
— Встретимся через час в «Кофемании». Как и договаривались.
Иногда месть планируешь неделями, а иногда она приходит сама, безо всяких усилий
«Кофемания» встретила меня запахом корицы и гвоздики. Рождественские декорации уже заполонили пространство, хотя до праздников оставался еще месяц.
Вика сидела за дальним столиком — бледная, с опухшими глазами и без привычной помады на губах. Кудрявая грива рыжих волос была стянута в небрежный пучок. Она ждала казни.
— Привет, — я села напротив, не снимая пальто.
— Марин, я должна объяснить…
— Что именно? Как цеплялась за моего мужа или как позировала для его фантазий?
Словесные пощечины звучат громче, если улыбаться, нанося их
— Это началось случайно, — Вика смотрела в чашку, будто там плавали ответы на все вопросы мироздания. — Я позировала для его выставки, просто как модель… Ты же знаешь, мне нужны были деньги, а он хорошо платил…
— О, так это была коммерческая сделка? Тебе платили за постель или за позирование?
Пожилая пара за соседним столиком с интересом повернулась в нашу сторону.
— Марин, не надо так… — Вика подняла на меня глаза, полные слез. — Я никогда не хотела тебя обидеть. Это просто… случилось.
— Случилось? — я почти шипела. — «Случилось» — это когда на голову падает кирпич. А когда ты два года спишь с мужем подруги — это называется предательство.
Вика всхлипнула и схватила меня за руку.
— Я полюбила его, Марин. И он любит меня. Мы не хотели причинять тебе боль, поэтому молчали…
Я засмеялась — громко, неестественно, так что бариста за стойкой вздрогнул и пролил молоко.
— То есть из любви ко мне вы решили переспать за моей спиной? Как это благородно! Прямо «Анна Каренина» нашего времени!
Всегда забавно наблюдать, как люди рационализируют свои самые низменные поступки
— Он собирался тебе сказать. Мы хотели сделать это вместе, но…
— Но я испортила вам сюрприз, найдя флешку. Какая незадача!
Принесли мой кофе. Я механически добавила сахар, размешала, отпила. Вкуса не чувствовала — только горечь, поднимающуюся откуда-то из глубины души.
