Марина застегивала браслет — тот самый, с бирюзой, который ей подарил инвестор из Питера. Не любовник — ничего такого. Просто умный мужик, знающий цену деньгам и женщинам с головой. Она поправила волосы, проверила серьги в зеркале и уже взялась за клатч, когда в комнату вошёл Дмитрий. С виноватой миной и сумкой с пакетами.
— Мама приедет на ужин, — сказал он почти шепотом, как будто пытался не потревожить своего внутреннего покоя. Или чьё-то терпение. — Дима, ты издеваешься? — Марина чуть не сломала замок на браслете. — У меня встреча с клиентом через час. — Я сказал, что ты освободишься. Это же не на весь вечер. Она просто соскучилась. — Соскучилась по моим деньгам, Дима, — Марина усмехнулась, уже злясь. — Ей не хватает моего нового кофейного сервиза в коллекции?
Марина и Елена Сергеевна не просто не ладили. Это была война с длинной историей фронтов и перемирий, где оружие — это язвительные комментарии, манипуляции и постоянное «ты же женщина, ну будь попроще». Ага, попроще — чтобы тебе было полегче меня терпеть? Нет, спасибо.
— Она твоя мать. Постарайся… ну, быть вежливой, что ли, — Дмитрий поставил пакеты на стол и направился в сторону ванной, будто бежал с поля боя. — Вежливой? После того, как она назвала меня «торговкой мужиками» на годовщине? — Ну она имела в виду, что ты слишком независимая…
— Спасибо, Дим, ты сейчас вообще всё исправил, — Марина саркастично усмехнулась и накинула пиджак. — Пусть соскучившаяся мамочка подождёт. Я уезжаю.
Она вышла, хлопнув дверью так, чтобы даже кот почувствовал напряжение. Машина мягко выехала со двора, и на секунду показалось, что всё — позади. Но это было затишье перед очень громким штормом.
Вернувшись домой позже, чем собиралась, Марина сразу почувствовала неладное. Свет в спальне был включён. Я же его точно выключала…
Она сняла туфли, тихо прошла по коридору и замерла на пороге. Елена Сергеевна стояла у зеркала. На ней были те самые серьги с изумрудами, что Марина хранила в шкатулке под замком. В руках она держала колье.
— Неожиданно вернулась, — не повернувшись, сказала свекровь. Голос — ледяной, как в дешёвом детективе. — Что ты, чёрт возьми, делаешь? — Марина заговорила медленно, контролируя каждую мышцу лица, чтобы не заорать. — Примеряю. Ты всё равно это почти не носишь. А мне вот идёт. Правда? — Елена Сергеевна повернулась, улыбка у неё была как у человека, который уже давно живёт у тебя в голове без аренды.
— Это мои вещи. Это дорогое колье, которое я… — Которое ты купила на деньги, что «вложил» мой сын, между прочим. Я тоже имею право. Мы — семья. — Да ты с ума сошла. Какая семья?
— Та, в которой ты — временное недоразумение, Марина, — проговорила свекровь, снимая серьги. — Ты думаешь, он тебя любит? Мальчики всегда слушаются маму. Просто ты пока полезна. Пока у тебя бизнес, пока у тебя недвижимость, пока ты не рожала.
