— О господи… Света, я не знал…
— Не лгу! Она сказала, что просто поговорит с тобой!
— Поговорит? С документами и юристом?
— Я думал… ну, может, посоветует оформить всё официально…
— Ну… доли… как-то так…
Светлана поняла, что больше не может. Слишком много лжи, слишком много попыток выкрутиться.
— Знаешь что, Андрей? Не приезжай.
— Никак. Просто не приезжай. Собери вещи и живи где хочешь.
— Света, ты что! Мы же поженились!
— Семья не претендует на имущество друг друга через неделю после свадьбы.
— Тогда почему твоя мама знает все подробности про мою квартиру? Почему у неё готовый договор дарения?
— Ну… она же юристом работала… привычка…
— Андрей, прекрати. Ты рассказал ей про квартиру, про то, что она оформлена только на меня. Ты пожаловался, что чувствуешь себя ущемлённым. И вы вместе решили меня обработать.
— Не вместе! Это она сама!
— Хорошо. Пусть сама. Тогда объясни ей сам, что это невозможно.
— Я объясню! Конечно! Только ты не злись…
— Света, пожалуйста… Я люблю тебя…
Она отключила телефон и выдернула его из розетки. Пусть не звонит. Ей нужна тишина, чтобы подумать.
Квартира вдруг показалась огромной и тихой. Светлана прошла по комнатам, где ещё вчера кипела семейная жизнь. Андрейчьи вещи в шкафу, его кружка в раковине, спортивная сумка у двери.
Она методично собрала всё в пакеты и поставила в прихожей. Пусть заберёт.
Потом села за компьютер и написала заявление о смене замков. Завтра же вызовет слесаря.
А ещё послезавтра поедет к юристу — настоящему, не как тот, которого привела свекровь. Узнает, как защитить свою собственность от посягательств. На всякий случай.
Вечером, когда стемнело, позвонил телефон. Домашний, про который забыли.
— Света? — раздался встревоженный голос Андрея. — Ты почему трубку не берёшь?
— Ну пожалуйста… Я с мамой поговорил. Она больше не будет…
— Знаю. Не будет. Потому что я тебя больше не увижу.
— Андрей, всё кончено. Ты можешь жить где угодно, только не здесь.
— Но мы же расписались!
— Распишемся обратно.
— Из-за какой-то квартиры?
Светлана усмехнулась.
— Не из-за квартиры. Из-за того, что ты оказался совсем не тем, кем я думала.
— Света… А если я маме скажу, что больше никогда…
— А если она извинится?
— Мне не нужны её извинения.
— Чтобы ты забрал вещи и не появлялся.
— Подам заявление в понедельник.
Он молчал так долго, что Светлана подумала — связь прервалась.
— Я здесь. Просто… я не думал, что ты такая жёсткая.
— А я не думала, что ты такой слабый.
— Слабый, Андрей. Ты не смог сказать маме, что квартира моя и останется моей. Не смог защитить жену от нападок. Не смог быть честным со мной. Это и есть слабость.
— Я просто не хотел ссориться…
— Зато ссорить меня с твоей мамой не боялся.
— Я думал, вы поладите…
— Думал? Или надеялся, что я сдамся?
— Завтра заберёшь вещи, — сказала Светлана. — Я буду на работе. Ключи оставь у соседки.
— Потом ничего. Живи счастливо с мамой.
Она положила трубку и отключила телефон и от розетки.
Через час раздался звонок в дверь. Настойчивый, длинный.
