— Я могу уйти, — предложил Алексей. — Снять квартиру и забрать Дмитрия. Буду платить алименты, помогать с детьми…
— И что, будешь растить его один? — внезапно спросила Анна. — Ты, который не менял подгузники ни Ване, ни Маше? Ты, который не знает, как приготовить детскую смесь?
Алексей опустил голову:
— Найму няню. Или… — он не договорил.
— Или отдашь в детдом, да? — закончила за него Анна.
Он промолчал, и это было красноречивее любых слов.
Прошла неделя. Анна взяла отпуск, чтобы разобраться с ситуацией. Алексей ночевал в офисе, приходя днём, чтобы помочь с детьми и Дмитрием. Иван и Мария вернулись и с любопытством разглядывали маленького «родственника».
— А почему он будет жить с нами? — спросил одиннадцатилетний Иван. — У него нет своих родителей?
— Его мама умерла, а папа… папа не может о нём заботиться, — ответила Анна, чувствуя, как внутри всё сжимается от этой лжи.
— Он такой маленький, — восьмилетняя Маша осторожно дотронулась до ручки Дмитрия. — Я буду его старшей сестрой?
Анна не знала, что ответить. Она до сих пор не приняла решения.
Вечером, уложив детей, она позвонила матери.
— Мам, ты не представляешь, что случилось, — начала Анна, но не смогла сдержать слёз.
Выслушав историю, пожилая женщина долго молчала.
— Знаешь, — наконец сказала она, — когда твой отец ушёл к той женщине, я думала, что умру от боли. Но осталась ради тебя. А когда он вернулся через полгода, я приняла его обратно. Не сразу, не легко…, но приняла. И никогда об этом не жалела.
— Это другое, мам, — возразила Анна. — Там не было ребёнка.
— Да, — согласилась мать. — Но вопрос не в том, простишь ли ты мужа. Вопрос в том, сможешь ли ты полюбить невиновного ребёнка.
Анна задумалась. За эту неделю она научилась менять Дмитрию подгузники, купать его, готовить смесь. Она делала это механически, не позволяя себе привязываться. Но каждый раз, когда малыш улыбался ей или засыпал на руках, что-то дрогало в её сердце.
— Не знаю, мам, — честно ответила она. — Не знаю, хватит ли мне сил.
— У тебя всегда было большое сердце, Анечка, — тихо сказала мать. — Но решать только тебе.
Глубокой ночью Анна проснулась от плача Дмитрия. Она автоматически встала, чтобы проверить ребёнка, но услышала голос мужа из гостиной. Алексей вернулся поздно и, видимо, решил не беспокоить её.
— Тише, маленький, — говорил он, укачивая сына. — Не буди Анну. Она и так измучилась из-за нас.
Анна замерла у двери, прислушиваясь.
— Я всё испортил, понимаешь? — продолжал Алексей, думая, что его никто не слышит. — У нас была прекрасная семья. Анна — невероятная женщина. Она прошла со мной через такое, что другая бы сбежала в первый же год. А я… я всё разрушил одной глупой ночью.
— Теперь ты расплачиваешься за мои ошибки. Прости, сынок. Я не знаю, что нас ждёт, но обещаю, что не брошу тебя.
