— Мне не нужна твоя помощь! Я прекрасно справлюсь сама! — Алина с силой сжала телефон и отодвинула его от уха, чтобы не слышать истеричных воплей сестры.
— Ты всегда так говоришь! А сама купила квартиру, машину, ездишь по заграницам, а мне что? С тремя детьми без копейки сидеть? Или ты думаешь, мать зря тебе всё это говорила? — голос Ларисы дрожал от возмущения.
Алина прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Снова двадцать пять. Каждый телефонный разговор с сестрой приводил к одному и тому же — обвинениям, упрёкам и вечному: «А помнишь, что мама говорила?»
— Лариса, мне тридцать восемь, тебе тридцать четыре, может, хватит вспоминать, что там мама шестнадцать лет назад сказала? — она старалась говорить спокойно, хотя внутри всё закипало. — У меня квартира в ипотеке, которую я выплачиваю уже тринадцать лет, и машина подержанная. А вот то, что ты в семнадцать замуж выскочила и нарожала троих детей, не думая о том, как их содержать, — это не моя проблема.
— Зато у тебя нет детей! И никогда не будет! Потому что ты эгоистка! Думаешь только о себе! — голос Ларисы сорвался на крик.
Алина отключила телефон. Сколько можно? Каждый раз одно и то же. С тех пор как шесть лет назад умерла мать, сестра считала своим долгом напоминать ей о семейных обязательствах. Каким-то образом в голове Ларисы отложилось, что помогать ей и её детям — святая обязанность Алины. И чем больше та сопротивлялась, тем яростнее становились атаки.
Алина подошла к окну. Весенний вечер окрашивал город в тёплые тона, но на душе было зябко. Тяжёлые мысли возвращали её в детство, в тесную коммуналку, где они жили вчетвером в одной комнате — она, Лариса, Андрей и Максим. Всё детство прошло под крики матери, Ольги Николаевны, женщины с тяжёлым характером и нелёгкой судьбой.
«Ты должна помогать братьям и сестре! Ты старшая!» — эта фраза, казалось, впечаталась в подкорку сознания. Каждый раз, когда мать её произносила, Алина чувствовала, как внутри нарастает протест. Почему именно она? Почему ей нельзя жить своей жизнью? Почему она должна отвечать за тех, кто не хочет отвечать за себя?
В восемнадцать, сразу после школы, она сбежала из дома. Снимала комнату, подрабатывала, училась. Всё сама. Сама поступила в институт, сама его закончила, сама нашла работу. И когда в тридцать лет внесла первый взнос за квартиру, почувствовала настоящее счастье — у неё будет свой дом, свои стены, где никто не будет кричать и требовать.
Телефон снова зазвонил. Алина вздрогнула. Посмотрела на экран — Андрей. Средний брат, всегда выступавший миротворцем в их семейных конфликтах.
— Да, Андрюш, — она старалась говорить спокойно.
— Алин, ты что устраиваешь? — голос брата звучал устало. — Лариска мне звонит, плачет. Говорит, ты её послала…
— Я никого не посылала! — Алина почувствовала, как негодование поднимается волной. — Я просто сказала, что не могу сейчас дать ей денег. У меня свои расходы, кредиты. Почему я должна содержать её и троих детей?
