— Галина Петровна там всем в соцзащите мозг вынесла. Грозится в опеку жаловаться, прокуратуру привлечь. Будьте готовы.
— Что нам делать? — спросила Арина, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха.
— Документы держите в порядке. С детьми всё нормально — это главное. А Галина Петровна покричит и успокоится. Не первый раз с ней дело имею.
Когда участковый ушёл, Арина долго не могла успокоиться.
— А вдруг она правда в опеку обратится? Что если они начнут проверять моё прошлое? Если выйдут на Дениса?
— Этого не будет, — Николай обнял её. — Сергей сказал, что документы у нас в порядке. Дом наш законно.
Но страх не отпускал. Каждый стук в дверь, каждый звонок телефона заставлял её вздрагивать.
— А как же твоя мама? — спросила Арина вечером. — Ты не будешь с ней общаться?
Николай долго молчал, глядя в окно.
— Я не знаю, — наконец сказал он. — Я сорок лет прожил с ней под одной крышей. И никогда не думал, что всё так закончится.
В его голосе была такая боль, что Арина решилась:
— Может, нам стоит съездить к ней? Проверить, как она устроилась?
Николай посмотрел на жену с удивлением, потом медленно кивнул.
— Спасибо, — тихо сказал он.
В воскресенье они всей семьёй отправились в Лесное. Дом Зинаиды находился на окраине посёлка — большой, добротный, с ухоженным садом.
— Приехали голубки? — Зинаида, полная женщина с добрым лицом, встретила их у калитки. — А Галя-то не сказала, что вы собираетесь.
— Она дома? — спросил Николай.
— А где ж ей быть? С утра в огороде копается. Свой угол облюбовала, грядки разбила. Говорит, без дела сидеть не привыкла.
— Как она… вообще? — осторожно спросила Арина.
Зинаида понимающе улыбнулась.
— Первую неделю плакала да ругалась. А потом отошла. У меня тут внуки часто бывают, ей есть кем командовать. А вечером сериалы вместе смотрим, чай пьём. Ей тут, между нами говоря, лучше, чем в деревне. Магазин рядом, аптека. А ей с её давлением врачи нужны.
Арина с облегчением выдохнула. По крайней мере, физически Галина Петровна была в порядке.
— Бабуля! — закричала Софья, увидев в огороде знакомую фигуру.
Галина Петровна выпрямилась, вытерла руки о фартук и внимательно посмотрела на приехавших. Лицо её было непроницаемым.
— Здравствуй, мама, — сказал Николай, подходя ближе.
— Здравствуй, сынок, — голос Галины Петровны был ровным, без тени прежнего надрыва. — Проведать решили? Или выселили меня, а теперь совесть замучила?
— Мама, не начинай. Мы просто… хотели узнать, как ты тут.
— Нормально я тут, — она оглядела Арину с детьми. — А у вас как? В моём доме хорошо устроились?
— В нашем доме, мама, — тихо, но твёрдо сказал Николай. — Мы его купили, помнишь?
Галина Петровна поджала губы, но промолчала.
— Бабушка, посмотри, какую куклу мне папа купил! — Софья протянула новую игрушку.
К удивлению Арины, свекровь наклонилась к девочке.
— Красивая, — сказала она после паузы. — А ты уроки делаешь?
— Делаю! Мама мне помогает!
— Ну-ну, — Галина Петровна перевела взгляд на коляску с Полиной. — А эта как? Растёт?
