— Да, уже сидит, скоро ползать начнёт, — ответила Арина.
Странный разговор продолжался около получаса. Галина Петровна не выказывала открытой враждебности, но и не стремилась к примирению. Она показала свою комнату, рассказала о работе в огороде, даже поинтересовалась, как ремонт в доме продвигается.
Но когда Николай предложил ей заходить к ним в гости, она резко отказалась.
— Нет уж. Выгнали — значит выгнали. Я свою гордость ещё не растеряла.
— Мама, это ты отказалась выполнять условия договора, — начал Николай, но Арина тронула его за руку.
— Давайте не будем сейчас об этом, — тихо сказала она. — Галина Петровна, мы рады, что у вас всё хорошо. Мы будем приезжать, если вы не против.
— Как хотите, — пожала плечами свекровь. — Только не нужно делать вид, что вы обо мне заботитесь. Вы своё получили, а я теперь сама о себе позабочусь.
Когда они уезжали, Арине показалось, что в глазах Галины Петровны блеснули слёзы. Но, возможно, это был просто солнечный свет.
Дома Арина долго не могла успокоиться. Визит оставил тяжёлый осадок. Галина Петровна не выглядела несчастной или брошенной, но в её глазах была такая горечь, что Арине стало не по себе.
— Мы поступили правильно? — снова спросила она мужа, когда дети уже спали.
Николай смотрел в окно, на тёмный сад, который теперь был их собственностью.
— Не знаю, — честно ответил он. — Но это был единственный выход. Она бы никогда добровольно не ушла. А жить вместе мы больше не могли.
Арина обняла его сзади, прижалась щекой к спине.
— Я боюсь, что она всё-таки обратится в опеку, — тихо сказала она.
— Не обратится. Ты видела — у неё там новая жизнь. И Зинаида говорит, что ей там даже лучше.
Арина хотела верить, но тревога не отпускала. Слишком легко всё разрешилось. Слишком спокойно вела себя Галина Петровна.
Их опасения подтвердились через месяц, когда участковый снова постучал в дверь.
— Проверка из опеки будет, — сказал он, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Анонимная жалоба поступила. Якобы дети у вас голодные ходят, а мать непутёвая.
— Галина Петровна, — выдохнула Арина, чувствуя, как ноги подкашиваются.
— Не знаю, — пожал плечами Сергей Иванович. — Жалоба анонимная. Но кроме неё некому.
— Что нам делать? — спросил Николай.
— Да ничего особенного. Детей в порядке держите, в доме чисто чтоб было. Я им уже сказал, что семья у вас нормальная, работящие вы. Но проверить они обязаны.
Когда участковый ушёл, Арина разрыдалась.
— Я так и знала! Она не успокоится, пока не отомстит! А если они начнут проверять моё прошлое? Вдруг Денис объявится?
— Не объявится, — Николай обнял жену. — Всё будет хорошо. Детей мы воспитываем нормально, в доме порядок, работа у нас есть. Не о чем беспокоиться.
Но Арина не могла не беспокоиться. Весь вечер она мыла, чистила, готовила, перестилала постели. Софья сидела тихая, напуганная маминым состоянием.
— Мамочка, у нас всё хорошо? — спросила она, когда Арина укладывала её спать.
— Конечно, солнышко, — Арина обняла дочь. — Просто к нам придут гости, нужно, чтобы всё было красиво.
