Света кивнула, но внутри у неё росло предчувствие, что этот разговор не будет простым. Ира уже ясно дала понять, что видит их дом как свой шанс. А мать… мать будет стоять за Ирой горой, обвиняя Свету в эгоизме.
На следующий день Света написала сестре: «Приезжай в среду вечером. Надо серьёзно поговорить». Ответ пришёл почти сразу: «Ок, буду.»
Света понимала: если они с Димой не найдут правильные слова на встрече в среду, их дом — их тихая гавань — может стать ареной для семейной войны. А что будет дальше, она даже боялась представить…
Вечер среды пах дождём. За окном моросило, и капли тихо стучали по жестяному подоконнику. Света сидела на диване в гостиной, глядя на недопитую чашку чая. Дима возился в углу, пытаясь прикрутить новую полку — последнюю деталь их ещё не завершённого ремонта. Дом, их гордость, всё ещё пах свежей краской и деревом, но уют, о котором они мечтали, казался всё дальше.
— Нервничаешь? — Дима отложил шуруповёрт и посмотрел на жену.
— А ты нет? — Света горько усмехнулась. — Ира придёт с улыбкой, а за ней — мамин ультиматум. Я уже слышу, как она скажет: «Ну, вы же не выгоните нас с Соней на улицу?»
Дима сел рядом, положив руку ей на плечо. Его ладонь была тёплой, и это немного успокоило.
— Мы не дадим ей манипулировать, — сказал он твёрдо. — Предложим помощь, но на наших условиях. Если откажется — её выбор.
Света кивнула, но внутри всё равно ворочалось беспокойство. Ира умела оборачивать всё в свою пользу. А мать… мать была как танк, который не остановить.
Ира приехала к восьми. Дверной звонок разрезал тишину, и Света вздрогнула, хотя ждала этого звука. Она открыла дверь, и сестра вошла, стряхивая капли дождя с зонта. На ней была лёгкая куртка, слишком тонкая для осенней погоды, и джинсы, потёртые на коленях. Ира улыбнулась, но её глаза внимательно скользили по комнате, словно сканируя.
— Привет, — она обняла Свету, слегка коснувшись её плеча. — Ну вы и устроились! Прямо как в журнале про красивую жизнь.
— Привет, — Света выдавила улыбку. — Проходи, чайник уже греется.
Ира плюхнулась на диван, закинув ногу на ногу. Дима вышел из кухни с подносом, где дымились чашки и лежали бутерброды с сыром.
— Ира, рад тебя видеть, — сказал он, но в его голосе не было привычной теплоты. — Давай сразу к делу.
Ира подняла брови, будто удивилась.
— Ого, Дим, прям с порога? — она рассмеялась, но смех вышел натянутым. — Я думала, мы просто поболтаем, как в старые добрые.
— Поболтать можем, — Света села напротив, глядя сестре в глаза. — Но сначала про прописку. Ты правда думаешь, что это решит твои проблемы?
Ира пожала плечами, беря бутерброд.
— А почему нет? — сказала она, откусив кусок. — Соня в садик по прописке пойдёт, я работу получше найду. А там, может, и на квартиру насобираю.
Света почувствовала, как знакомое раздражение поднимается в груди. Ира говорила так, будто всё это — мелочи, которые решатся сами собой. Но Света знала: за этими словами — план.
