Марина в третий раз за утро изменила маршрут на телефоне. Она шла не по навигатору, а оттягивала момент — снова сделала круг вокруг квартала, заходила в аптеку «просто так», стояла у кофейни, смотрела, как пар клубится над чашками.
Время приближалось к семи, и все в ней сопротивлялось.
— Это же глупо, — пробормотала она в шарф, — мне тридцать два, я взрослый человек, я могу просто не прийти.
Она достала телефон, открыла чат с Лерой: «Мариш, если сбежишь — я тебя из Tinder забаню лично. Просто посиди с ним час. Ты не обязана выходить замуж. Просто. Посиди».
Марина скривилась. Лера была ее лучшей подругой и самой раздражающей частью жизни одновременно. Она уговаривала ее «выйти в люди» уже месяц, и в итоге подделала аккаунт Марины на сайте знакомств, а потом — устроила это свидание вслепую.
— Какого … — снова прошептала Марина и выругалась, когда обувь соскользнула по наледи. Вход в кафе был уже рядом.
Днем у нее был прием. Трое детей — две тревожные мамы, один папа с ярко выраженным нарциссизмом. Она не злилась — просто выгорела. Последние полгода Марина чувствовала, как работа стала автоматом: слушать, анализировать, ставить гипотезы. Только дома все рушилось в тишину и пустой холодильник.
И все чаще — в горькое чувство, что ее профессиональная способность понимать чужие семьи никак не приближает к собственной.
Кафе называлось «Розмарин». Маленькое, с желтыми фонариками у окна. Внутри пахло корицей и жареным сыром. Марина вошла, сразу ощутив, как обострилась тревога: а если он старый? А если наврал, как все? Или окажется скучным до зевоты?
— Добрый вечер, у вас столик на двоих, да? — спросила девушка у стойки.
Марина кивнула. Ее провели к столику у окна. Она села, положила сумку на колени, стала смотреть в меню, хотя вряд ли собиралась есть.
Прошло пять минут. Потом еще десять. Она уже достала телефон, когда дверь снова открылась.
Мужчина среднего роста, темное пальто, небрит — но не неухоженный. Девочка в фиолетовом комбинезоне крепко держала его за руку. Они огляделись, он сказал что-то администратору, та указала в ее сторону.
— Только не это, — прошептала Марина.
Он подошел к столу, чуть неловко улыбнулся.
— Добрый вечер. Вы Марина? Я — Олег. Простите, это… неожиданно.
Он указал на ребенка:
— Это Полина. Я не планировал, честно. Няня отменилась за час до встречи.
Марина посмотрела на девочку. Та смотрела в потолок и явно боролась со сном. На щеке — маленький пластырь с динозавром.
— Простите, — снова сказал он, — понимаю, вы не на это рассчитывали. Можем все отменить. Я просто подумал — вы уже здесь, может…
— Я… — Марина вздохнула, — честно говоря, даже не знаю, что сказать.
— Я тоже, — кротко улыбнулся он, — у меня это… первое свидание за… много лет.
Они помолчали. Девочка присела на стул рядом с отцом, потом полезла к нему на колени. Он привычно подхватил ее.
— Извините, я понимаю, что это… странно, — тихо добавил он, — мы можем просто попить чаю. Или вы можете уйти, я не обижусь.
