— Игорь, — Алина села на диван, чувствуя, как из неё уходят силы. — Мне тридцать лет. Через пару лет мне будет тридцать два. А детей рожать после тридцати пяти уже сложнее. Ты хочешь, чтобы я отложила материнство ради твоей мамы?
— Я не драматизирую! — крикнула Алина. — Я говорю правду! Твоя мать ведёт себя как эгоистка! Она не думает о нашем будущем, о наших планах! Ей важно только одно — чтобы её содержали!
— Она не эгоистка! Она просто старая и больная!
— Она манипулятор! — Алина встала и начала ходить по комнате. — Игорь, неужели ты не видишь? Каждый раз, когда мы пытаемся возразить, она начинает давить на жалость! «Я больная», «я старая», «я умру», «я всю жизнь для тебя жила»! Это же классический эмоциональный шантаж!
— Может, она и правда больная?
— Тогда пусть лечится! За счёт государства, за счёт страховки! А не за наш счёт!
Игорь молчал, глядя в пол.
— Ты знаешь, что самое обидное? — продолжала Алина тише. — Я готова помогать. Продуктами, лекарствами, делами по дому. Но не хочу, чтобы меня считали дойной коровой!
— Никто тебя так не считает…
— Твоя мать — считает! — перебила его Алина. — Она составила смету наших расходов на неё! Как будто мы её личные спонсоры!
— Алина, ну хватит уже! — взорвался наконец Игорь. — Ты всё преувеличиваешь! Мать просто помощи просит!
— Требует! — исправила Алина. — И знаешь что? Я устала это обсуждать. Хочешь помогать маме — помогай. Из своих денег. А я свои заработала сама и сама буду решать, на что их тратить!
— Значит, так? — Игорь встал и посмотрел на неё холодно. — Каждый сам за себя?
— А как иначе? — Алина почувствовала, как к горлу подкатывает ком. — Ты же не можешь защитить меня от притязаний твоей матери! Значит, буду защищаться сама!
— Хорошо, — кивнул Игорь. — Тогда и жить будем отдельно. Каждый сам за себя.
Эти слова повисли в воздухе, как приговор.
Через неделю Алина подала на развод. Она переехала в свою старую однокомнатную квартиру, которую так и не продала. Игорь не стал препятствовать разводу, даже раздела имущества не требовал.
— Может, подумаешь ещё? — спросил он в последний раз, когда они встретились в ЗАГСе.
— О чём думать? — Алина посмотрела на него спокойно. — О том, чтобы всю жизнь содержать твою маму? Нет, спасибо.
— Она же не виновата, что осталась одна…
— Игорь, — Алина вздохнула, — пойми наконец: дело не в том, виновата она или нет. Дело в том, что ты не можешь сказать ей «нет». А я не могу жить с человеком, который не может защитить свою семью.
— Ты молчал, — перебила его Алина. — Когда твоя мать требовала от меня денег, ты молчал. Когда она обвиняла меня в жадности, ты молчал. Когда она устраивала эмоциональные сцены, ты молчал. Это не защита, Игорь. Это предательство.
Игорь опустил голову.
— Может, ты права, — сказал он тихо. — Но я не знаю, как по-другому…
— Вот именно, — грустно улыбнулась Алина. — Не знаешь. И научиться не хочешь.
Они расстались мирно, без скандалов и взаимных обвинений. Игорь остался жить с матерью, Алина вернулась к своей прежней жизни.
