— Поговорим? — Марина почувствовала, как внутри что-то оборвалось. — Три месяца говорим! И что изменилось? Ничего! Твоя мама как считала меня прислугой, так и считает. А ты… Ты даже не пытаешься меня защитить.
— Я между двух огней! — вспылил Игорь. — Что я должен делать? Против матери идти?
— А против жены идти можно? — Марина собрала в кулак последние остатки самообладания. — Знаешь что? Я больше не буду выбирать за тебя. Оставайся со своей мамой. А я… Я ухожу.
— Куда это ты собралась? — насмешливо спросила Валентина Петровна. — К мамочке под крылышко? Или снимать будешь? На твою зарплату разве что койко-место в общежитии.
Марина не ответила. Она прошла к шкафу и начала собирать вещи. Руки дрожали, но движения были решительными. Игорь стоял в дверях, не решаясь ни остановить её, ни поддержать.
— Марин, ты же не серьёзно… — пробормотал он.
— Абсолютно серьёзно, — она застегнула сумку и повернулась к нему. — Знаешь, Игорь, я думала, что выхожу замуж за взрослого мужчину. А оказалось — за маменькиного сынка, который не способен построить свою семью. Твоя мама права в одном — в этом доме я действительно никто. Потому что для тебя я никто. Удобное приложение к вашему семейному быту, не больше.
— Скатертью дорога! — бросила Валентина Петровна. — Найдём Игорю жену получше. Которая уважать старших умеет!
Марина посмотрела на свекровь с жалостью.
— Найдёте, конечно. Такую же бесправную и безвольную, какой хотели сделать меня. И будете вдвоём растить из Игоря вечного ребёнка, неспособного на самостоятельные решения. Удачи вам в этом.
Она вышла из комнаты, не оглядываясь. В прихожей надела куртку, взяла сумку. Игорь вышел следом.
— Марин, постой… Давай поговорим…
— О чём, Игорь? — она устало посмотрела на него. — О том, как ты в очередной раз выберешь маму? О том, как я должна терпеть унижения ради нашего мифического будущего? Нет, спасибо. Я устала.
— Но… Но мы же любим друг друга…
— Любовь — это не только слова, Игорь. Это поступки. Это готовность защищать друг друга. Это умение строить свою семью, а не жить придатком к родительской. Ты не готов к этому. И не знаю, будешь ли готов когда-нибудь.
Марина открыла дверь и вышла. Сзади послышался голос Валентины Петровны:
— Пусть идёт! Нечего нам тут выскочек держать! Игорёк, или сюда, гости скоро придут!
И голос Игоря, покорный, привычный:
Марина спускалась по лестнице, и с каждым шагом на душе становилось легче. Да, впереди была неизвестность. Придётся снимать жильё, затянуть пояс потуже. Но это будет её жизнь. Без унижений, без необходимости доказывать своё право на уважение.
Она вышла на улицу и глубоко вдохнула морозный воздух. В кармане завибрировал телефон — Игорь. Марина сбросила вызов и заблокировала номер. Хватит. Она дала этим отношениям достаточно шансов.
— И что теперь? — спросила Лена, выслушав подругу.
— Сниму комнату для начала. Саша обещала помочь с поисками. На работе возьму больше проектов. Справлюсь.
Марина пожала плечами.
