Никитична услышала стук и подошла к двери.
— Кто там? — спросила она, но в ответ тишина.
Никитична уже хотела уйти, но услышала плач. Она открыла дверь и увидела младенца в корзине. Годовалый мальчик с зелеными глазами удивленно посмотрел на нее. У него на груди лежал маленький желтый клочок бумаги, где красивыми буквами было написано «Ваня». Чувство жалости и волнения возникли в душе у Никитичны. Главным образом из-за возраста малыша. Она сразу прикинула, сколько денег, сил и внимания потребует воспитание младенца.
Церковно-приходская школа представляла собой обветшалое одноэтажное здание с одним просторным залом, который служил и классной комнатой, и алтарем с красивыми иконами, гордостью Никитичны. Напротив зала находилась кухня, дальше по коридору налево, кабинет Никитичны и Марии, а направо жилое помещение. Школа не пользовалась какой-то особенной популярностью или уважением, поэтому там училось мало детей, в основном сироты у которых умерли родители, и у которых теперь нет своего угла. Попечителем выступал купец, Сергей Иванович, но он очень мало интересовался школой, и почти не помогал деньгами. Никитична и Мария собственным трудом добывали деньги на обустройство школы, а сироты, заработав копейку в поле или у господ, несли все в школу. Старуха Никитична была очень набожной и строгой. Каждый день кого-то из детей она лупила лозой, иногда по делу, а бывало и просто для профилактики. Мария зарабатывала шитьем в свободное от уроков время. Появление неизвестного малыша вызвало известный резонанс в селе и после непродолжительных, но тщетных поисков было решено оставить малыша. Мария сразу полюбила Ваню и взяла под свое крыло. Она каждый вечер читала Ване сказки и шила рядом с кроваткой. Эта любовь как бы ослепила Марию, и Никитична не раз высказывала недовольства по этому поводу. «Перед Богом все равны», — повторяла она.
