Вечером раздался звонок в дверь. Татьяна пошла открывать, думая, что это свекровь пришла добить их окончательно. Но на пороге стояла незнакомая пожилая женщина.
— Извините, вы Татьяна? Я Галина Васильевна, соседка снизу. Можно поговорить?
Татьяна впустила её. Женщина села на предложенный стул и внимательно осмотрела квартиру.
— Хороший ремонт сделали. Со вкусом. Людмила Петровна везде хвасталась, какие у неё золотые руки.
— Это мы делали. На свои деньги, — горько сказала Татьяна.
— Знаю, — кивнула соседка. — Я всё знаю. И про выселение тоже. Стены тонкие, Людмила Петровна громко разговаривает по телефону.
— И зачем вы пришли? Посочувствовать?
Галина Васильевна покачала головой.
— Помочь. Видите ли, я много лет работала в архиве. И у меня хорошая память на документы. Квартира эта принадлежала Анне Ивановне Поляковой. Она умерла пять лет назад.
— Да, бабушка мужа, — кивнула Татьяна.
— Не совсем. Анна Ивановна была двоюродной сестрой бабушки вашего мужа. И у неё был сын. Он уехал в Америку двадцать лет назад, Людмила Петровна всем говорила, что он умер. Но это неправда. Я недавно получила от него письмо. Он жив и является прямым наследником. А Людмила Петровна оформила квартиру на себя по поддельному завещанию.
Татьяна не могла поверить своим ушам.
— Абсолютно. У меня есть копии переписки Анны Ивановны с сыном. Она никогда не составляла завещание в пользу Людмилы Петровны. Более того, они даже не общались последние годы.
— Но почему сын не заявил о своих правах?
— Он не знал, что мать умерла. Людмила Петровна не сообщила ему. А когда он узнал и попытался связаться, она сказала, что квартира продана и денег нет. Он поверил и махнул рукой. Но сейчас, узнав о вашей ситуации, готов приехать и восстановить справедливость.
Татьяна позвала Павла. Выслушав соседку, он долго молчал. Потом достал телефон.
— Мама? Нам нужно серьёзно поговорить. Нет, не по телефону. Приезжай. Сейчас.
Людмила Петровна приехала через час. Вошла с высоко поднятой головой, готовая к бою. Но увидев Галину Васильевну, побледнела.
— Здравствуйте, Людмила Петровна, — спокойно сказала соседка. — Рассказать им или сами расскажете?
Свекровь села на стул. Её спесь испарилась как утренний туман.
— Что вы хотите? — прошептала она.
— Справедливости, — ответил Павел. — Мама, как ты могла? Подделать завещание?
— Я не подделывала! — вспыхнула Людмила Петровна. — Анна Ивановна обещала мне эту квартиру! Я за ней ухаживала!
— Вы навещали её три раза за пять лет, — холодно заметила Галина Васильевна. — Это называется уход?
Людмила Петровна молчала, потом резко встала.
— Ничего вы не докажете. Завещание оформлено официально. Квартира моя.
— Сын Анны Ивановны прилетает на следующей неделе, — сообщила соседка. — С документами и адвокатом. Думаю, экспертиза легко установит подделку подписи.
Свекровь пошатнулась. Павел подхватил её под локоть.
— Мама, отдай квартиру нам. Официально. И мы замнём эту историю.
Людмила Петровна посмотрела на него глазами загнанного зверя.
