— Я же просила не трогать документы в моём кабинете!
Голос Марины прорезал утреннюю тишину квартиры. Она стояла в дверях своего рабочего кабинета, сжимая в руках папку с бумагами. Её руки дрожали от едва сдерживаемого гнева.
Людмила Петровна, свекровь Марины, сидела за кухонным столом и спокойно помешивала чай. Её лицо выражало невинное недоумение, но в глазах мелькнула довольная искорка.
— Я просто наводила порядок, доченька. Там такой бардак был, — ответила она своим обычным елейным голоском.
Марина подошла ближе и положила папку на стол. Внутри были документы на квартиру — их с Сергеем квартиру, которую они купили два года назад.
— Зачем вы рылись в документах на нашу недвижимость?
Людмила Петровна неторопливо отпила чай. Её движения были размеренными, почти театральными.
— Серёженька попросил посмотреть. Сказал, что хочет переоформить всё правильно. На семью.
Слово «семья» прозвучало как удар. Марина прекрасно понимала, что свекровь никогда не считала её частью этой самой семьи. Для Людмилы Петровны семья — это она сама и её обожаемый сыночек. А Марина — временное неудобство, которое почему-то задержалось на целых пять лет.
— Сергей ничего мне не говорил, — Марина старалась говорить спокойно, хотя внутри всё кипело.
— Ну, мужчины не всегда обсуждают такие вещи с жёнами. Им проще решить всё между собой, — Людмила Петровна улыбнулась. Эта улыбка была похожа на оскал.
В этот момент из спальни вышел Сергей. Он выглядел заспанным и растерянным. Увидев напряжённые лица женщин, он замер в дверном проёме.
— Твоя мать говорит, что ты просил её посмотреть документы на квартиру, — Марина повернулась к мужу. — Это правда?
Сергей переводил взгляд с жены на мать и обратно. В его глазах мелькнуло что-то похожее на панику.
— Я… мам просто спросила про налоги. Она же юрист была, помнишь?
— Налоги? — Марина скрестила руки на груди. — И для консультации по налогам нужно было забирать оригиналы документов из моего кабинета?
Людмила Петровна встала из-за стола. Она подошла к сыну и положила руку ему на плечо. Жест был собственнический, демонстративный.
— Сыночек просто беспокоится о будущем. Мы обсуждали варианты. Вдруг с тобой что-то случится, Марина? Нужно же подумать о защите имущества.
Марина почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она смотрела на мужа, ожидая, что он возмутится, защитит её. Но Сергей молчал, опустив взгляд.
— Сергей, — её голос дрогнул. — Скажи, что она шутит.
— Марин, это не так, как ты думаешь…
— А как? Объясни мне! Вы за моей спиной обсуждаете, что делать с НАШЕЙ квартирой, если со мной «что-то случится»?
Людмила Петровна усмехнулась.
— Не драматизируй. Просто нужно всё оформить правильно. Чтобы квартира осталась в семье. В настоящей семье.
Это было последней каплей. Марина развернулась и пошла в спальню. Она достала из шкафа чемодан и начала складывать вещи.
Сергей бросился за ней.
— Марина, подожди! Ты всё не так поняла!
— Что я не так поняла? То, что ты со своей мамочкой решаете мою судьбу? Или то, что для вас я не семья?
