— Мы же говорили об этом. Я думал, ты согласна.
— Я сказала, что подумаю.
Марина села на стул. Руки дрожали.
Игорь остановился посреди комнаты.
— Как это не хочешь? Мы же всё обсудили.
— Мы ничего не обсуждали. Ты сказал, что твоя мама хочет поменяться. И всё.
— Марин, ну давай без истерик. Это же логично — старой женщине в городе удобнее, а нам на даче простор.
— А мне спросить не хотели, удобно ли мне?
Игорь подошёл ближе, присел рядом. Взял её за руки.
— Ну конечно, спрашиваю. Вот сейчас и спрашиваю.
— Нет, не спрашиваешь. Ты ставишь перед фактом. Нотариус уже всё оформил, твоя мама уже соседям рассказала, а меня никто даже не удосужился предупредить.
— Да что ты расстраиваешься? Квартира как квартира. Стены да потолок.
— Это не стены и потолок! Это моя жизнь! Я здесь десять лет живу, я каждый угол своими руками делала!
— Ну и на даче сделаешь.
— Я не хочу на дачу! — крикнула Марина так громко, что сама испугалась. — Я не хочу в этот старый дом, где крыша течёт и печка дымит! Я хочу остаться здесь!
Игорь откинулся на спинку стула.
— То есть ты мне отказываешь?
— А мою маму ты тоже не учитываешь? Ей тяжело одной на даче.
— Тогда пусть продаст дачу и купит себе квартиру на эти деньги.
— Она не хочет продавать. Это дедовский дом.
— А это моя квартира!
Повисла тишина. Игорь собрал документы в папку.
— Тогда мне нужно подумать.
— О нас. О том, готова ли ты идти навстречу семье.
Марина почувствовала, как внутри всё сжимается от страха. Но страх был другой — не тот, который заставляет соглашаться, а тот, который придаёт сил.
— Я готова идти навстречу. Но не за счёт себя.
Игорь ушёл, хлопнув дверью. Марина осталась одна с фиалками на подоконнике. Она потрогала листочки — они были живые, тёплые, родные.
— Не отдам, — сказала она вслух. — Не отдам.
Две недели Игорь не появлялся. Марина знала, что он живёт у матери — соседка видела его возле маминого подъезда. Сначала она ждала, потом злилась, потом вдруг поняла, что ей спокойно.
Квартира была тихой. Марина ходила по комнатам, трогала вещи, вспоминала, как покупала каждую мелочь. Вот этот плед она брала в том магазинчике на Невском, где продавщица оказалась очень доброй и сделала скидку. А эти чашки — подарок подруги на новоселье.
Игорь вернулся в субботу утром. Марина пила кофе на кухне и читала книгу.
— Привет, — сказал он тихо.
Он прошёл к холодильнику, достал молоко, налил в стакан. Руки у него тоже дрожали.
— Я с мамой поговорил.
Марина не подняла глаз от книги.
— Она согласилась продать дачу. Будет искать квартиру поменьше.
— Марин, я… я не подумал тогда. Просто мне казалось, что для семьи это правильно.
Марина закрыла книгу и посмотрела на него. Игорь выглядел усталым.
— А сейчас не кажется?
— Сейчас я понимаю, что был неправ. Это твоя квартира. Твоя жизнь.
Марина встала и подошла к плите. Поставила чайник.
Она достала чашки — те самые, подаренные подругой. Заварила чай покрепче, как он любил.
